накрыло осознание, что в этой квартире я надолго, поэтому нужно создать хоть
какой-то уют. Для начала, например, купить необходимые вещи. Такие, как сковорода.
На столе начинает вибрировать телефон. Номер незнакомый. Я вытираю о полотенце руки и
принимаю вызов.
— Алло?
— Рая Владимировна, добрый день. Вас беспокоят из администрации школы. Не могли бы вы
приехать сейчас?
— Из какой школы? — совершенно не понимаю о чем речи и что от меня хотят. Если бы не
назвали мое имя, я бы решила, что номером ошиблись.
— Из школы «Авангард». Дело в том, что у вашей дочери произошел конфликт с одной из
учениц. Она подралась с дочерью уважаемого судьи. Ее мама уже едет. Вам лучше тоже
быстрее приехать и попытаться все уладить.
— Что? — выпадаю из реальности. Какая дочь? О чем вообще речь?
— Понимаете, родители Астаховой делают каждый год благотворительные взносы, на их
пожертвования был построен корпус с бассейном, поэтому конечно же академия не может
закрыть глаза на случившееся. Лида у нас всего неделю, а у Астаховых уже третий
ребенок в нашей школе учится, если она и дальше будет конфликтовать…
— Подождите-подождите, — прерываю ее, наконец-то понимая о чем речь. — Откуда у вас
мой номер? Разве не мой муж занимается всеми делами…. Лиды.
Сглатываю, с трудом произнося имя девочки. Злит, что они решили, что я ее мать.
— Дело в том, что ваш муж не берет трубу, в личном деле в контактных лицах указаны
только он и вы. Так вы приедете? Нам не удается никак успокоить детей.
Господи, кто вообще в контактах внебрачной дочери указывает номер жены? Назар вообще
умом тронулся? Почему он внес меня туда без моего ведома? Меня не должны тревожить
по таким вопросам!
— Я... — начинаю, но голос срывается.
— Рая Владимировна, я понимаю, что ситуация непростая, — говорит женщина на том конце
провода. — Но сейчас ребенку нужна помощь. Родители другой девочки настроены очень
серьезно. Они хотят, чтобы Лиду исключили.
— Исключили? — переспрашиваю. — За одну драку?
— Ну... как я уже говорила, семья Астаховых для нашей школы очень важна. Их дочь Аня
утверждает, что Лида первая начала. Толкнула ее на перемене, а потом ударила. У Ани
разбита губа.
Закрываю глаза. Представляю маленькую Лиду. Испуганную. Одинокую. Которая, наверное,
сейчас сидит в кабинете директора и не понимает, что происходит.
Нет. Это не мои проблемы. Не мой ребенок. Не моя ответственность.
— Я сейчас позвоню мужу, — говорю твердо. — Он приедет. Я не смогу.
— Хорошо. Но, пожалуйста, поторопитесь. Родители Астаховой уже в пути.
Сбрасываю вызов. Стою посреди кухни с телефоном в руке.