— Тебя надо перевязать, Михаэль… — Топор мягко взял меня за локоть.
Я вложил браунинг в кобуру и без слов пошел за ним. Как выяснилось, китаец все-таки успел резануть меня по предплечью. Ничего страшного, едва кожу рассек, но крови успело натечь порядочно.
— Тут что-то нечисто… — тихо забубнил Шмайссер, обрабатывая порез йодоформом.
— Вот-вот, — вторил ему Топор, мельком поглядывая на братьев-норвежцев, потащивших за ноги китайца куда-то в коридор. — Готов прозакладывать свои кальсоны против дамских панталон, что к этому делу приложила свою ручку черномазая чертовка.
— Бинт… — Вилли протянул руку к Хайнцу и, получив искомое, зашептал мне на ухо: — Пока Волк играл в карты с норвежцами, она говорила с узкоглазым.
— И Волк догадался, откуда у китаезы кока, — дополнил Топор, помогая мне вдеть руку в рукав блузы. — И повел ее на разборки. Не нравится мне все это.
— Мне тоже. — Я накинул разгрузку, а поверх нее куртку. — Оружие держать при себе. Спать будем по очереди. И еще…
Закончив инструктаж, повалился на топчан уже практически без сил. Стало страшно некомфортно. Раньше я не замечал, а сейчас показалось, что подземелье навалилось на меня всей своей страшной тяжестью. Холодно, мерзкий запах сырости. Точно в могильном склепе. Сука… Интересно, с такой жизнью на сколько меня хватит?
Но на этот вопрос я так и не ответил. Да он и вообще не требовал ответа.
Чуть позже вернулся Волк с Изабель. Мулатка выглядела заплаканной и, кажется, даже побитой, а ее любовник — совсем наоборот, довольным. Очень хочется верить, что он ей мозги вправил.
А потом я заснул.
Ночь прошла спокойно.
Даже удивительно…
Южная Африка. Наталь. Дурбан
20 июня 1900 года. 08:00
Утром все делали вид, что вчера ничего не произошло, хотя напряжение так и витало в воздухе. Дабы не усугублять, я припахал всех таскать ящики с динамитом, а потом разогнал по разным постам. Ибо нехрен. Сам же занялся сооружением веселого и громкого сюрприза для бриттов. С инициацией заряда решил не мудрить и воспользовался зарядом с часовым механизмом, благо в наличии таковой оказался. Думаю, двух часов нам хватит, чтобы уйти из очага поражения. Запутанные коридоры погасят взрывную волну, и в километре от эпицентра взрыва будет уже совсем безопасно. Наверное… Вот только куда уйти? Если бритты не идиоты, все входы и выходы из катакомб будут перекрыты. Тут надежда только на Топора; со слов Шмайссера, Хайнц знает эти подземелья как свои пять пальцев.
— Сэр…
— Слушаю вас. — Я обернулся к клетке с Арчибальдом Колли. Вообще-то в целях воспитания каждая попытка пленников заговорить беспощадно каралась. Довольно изобретательно и сурово. Но сейчас я решил не тиранить британца. Сам даже не знаю почему.