Заявил он себя как мещанина из Ростовской губернии, не имеющего никакого отношения к армии. Однако я сразу в этом усомнился — выправку-то не скроешь — и не ошибся: один из русских волонтеров почти случайно раскрыл его инкогнито.
В общем, мещанин Иванов Иван Иванович оказался вовсе не Ивановым и не мещанином, а Аркадием Георгиевичем Мещерцевым, дворянином, в прошлом офицером Лейб-гвардейского егерского полка, уволенным из армии за какой-то загадочный проступок, тщательно им скрываемый.
Не знаю, что он там натворил, но как человек штабс-капитан Мещерцев в высшей степени порядочный. А как офицер — вообще выше всех похвал. Храбр, строг, но не самодур, идеально дисциплинирован, умеет найти общий язык с подчиненными, и главное — он думающий и эрудированный человек. Это признает даже фон Бюлов, частенько удивляясь его академическим знаниям в области военных наук. И это все даже несмотря на его показную сухость, придирчивость и некую озлобленность на всех и вся. Так что место ротного он занимает у меня совершенно заслуженно. И его инкогнито я свято уважаю.
— Да, Иван Иванович, вы совершенно правы, радоваться воскрешению будем позже. Быка жарить — тоже, — я разгладил ладонью складки на карте, расстеленной на столе, — а сейчас займемся делом. Для начала. Марко…
— Я, господин капитан! — вскинулся главинтендант.
— Ваша задача — собрать нашу разведроту в дальний рейд, исходя из расчета на неделю автономного похода. Только сухой паек и никаких живых баранов с телятами. Помимо носимого запаса провиант разместить всего на три подводы, но никак не больше. Об исполнении доложить в девятнадцать ноль-ноль. Понятно?
— Нет вопросов, господин капитан… — страдальчески вздохнул голландец. — Разрешите выполнять?
— Это не все. Истинную причину сборов не афишировать. Но можешь случайно проговориться, что часть нашего батальона перебрасывают… гм… скажем, к Кимберли. Понятно? Исполнять.
Марко щелкнул каблуками, неловко откозырял и исчез с глаз в мгновение ока.
— Теперь по общей задаче… — Я сделал паузу и обвел соратников взглядом. — Разведрота уходит в глубокий рейд по тылам противника. Я — вместе с ней. Остальные роты остаются здесь, но без дела вы не останетесь. У вас будет своя, особенная миссия. В мое отсутствие командование примете вы, Иван Иванович.
— Есть, господин капитан… — Иванов-Мещерцев встал и четко кивнул. Остальные ротные тоже закивали головами, полностью согласные с моим выбором.
— Я с собой забираю два орудия, одну ракетную установку и четыре пулемета. Остальное тяжелое вооружение останется при вас. Арсений Павлович… — я посмотрел на своего зама по артвооружению, — прошу отобрать для меня наиболее подготовленные расчеты. Успели поднатаскать?