— Пошли.

Я первым съехал по ледяному склизу на заднице, тормозя каблуками о мерзлый шлак. Кот ссыпался следом, тихо чертыхнувшись.

В подвале царила абсолютная темень. Хоть глаз выколи. Мы замерли, прислушиваясь. Взвесь угольной пыли мгновенно забила нос. Кот рядом судорожно втянул воздух, собираясь закашляться. Я на ощупь сгреб его за шиворот, жестко дернул на себя:

— Глотай, — прошипел прямо в ухо. Он подавился кашлем, тихо сипя в темноте.

Вытянув руки перед собой, я принялся шарить ладонями по шершавой кирпичной кладке. Нашел. Деревянная створка.

Кот присоединился, ощупывая дверь.

— Засада, — выдохнул пацан мне в плечо. — Тут гладко все. Доска сплошная. Ни замка, ни ручки.

Я сам провел рукой по косяку и створке. Точно. Хозяин салона оказался с фантазией: дверь запиралась со стороны магазина. Скорее всего, на толстенный дубовый засов.

— И че теперь? — донеслось от Кота, переступая по хрустящему углю.

— Фомку доставай. Рвать будем с мясом.

— Так грохот поднимется на весь Невский!

— Не поднимется.

Я нащупал бечевку и дважды дернул. Наверху Упырь принял сигнал. Через десять секунд двор ожил. Васян, отрабатывая легенду, обрушил на невидимую лошадь отборный, трехэтажный мат. Загрохотали бочки, залязгало железо. Здоровяк устроил такой концерт с буфетом, что мертвого бы поднял.

— Вставляй ломик! — скомандовал я под этот шум. Втиснули жало в щель между дверью и косяком. Навалились вдвоем. Дерево протестующе заскрипело. Еще нажим.

— Дави! — снова навалился я на железо. Снаружи Васян с удвоенной силой загрохотал. Хрясь! Гвозди вырвало с корнем. Деревянная рама треснула, и створка подалась внутрь.

Из щели пахнуло нафталином и мехом.

Раскуроченная дверь жалобно хрустнула и осела. Мы ввалились внутрь. Кот с ходу споткнулся о порог, грязно выругался сквозь зубы и улетел куда-то во мрак. Раздался глухой стук и шуршание.

— Сеня… — донесся снизу его озадаченный шепот. — Я, кажись, на медведя упал. Мягко.

Я шагнул следом. Воздух здесь разительно отличался. Подвал оказался не просто проходом — хозяин устроил тут склад и хранилище.

В темноте отчетливо чиркнула спичка о коробок. Я среагировал на звук — не глядя рубанул ребром ладони. Коробок брякнулся на доски.

— Сдурел? — Я нащупал воротник Кота и дернул на себя. — Увидит кто отсвет в подвальное окно, мы выбраться не успеем!

— Да ни хрена ж не видно! — обиженно зашипел напарник, потирая отбитую кисть. — Хоть глаз выколи. Как тут искать?

— Ручками, братик. Ручками. Зенки грей, привыкай к темноте.

Мы разбрелись по невидимому помещению. Глаза постепенно выхватывали из мрака силуэты громоздких сундуков, подвешенных к балкам тюков и длинных стоек. Пальцы заскользили по вешалкам. Вот жесткая щетина — мимо. Вот грубая овчина — туда же.