Я согласно кивнул. В этом была логика. Никогда не будет делать тест на миорелаксант, если нет прямого запроса. А это значит, что тот, кто его вколол, однозначно знал, что делает, и знал, что как минимум сразу никто не догадается об этом. Вероятно, этот человек просто хотел подставить Мей, а остальные и рады сразу же найти виновного и побыстрее закрыть дело, отчитываясь перед родней пациента. Тем более, виновная-то тоже в коме и защитить себя не может. Идеальный план. Только не учли они, что у Мей еще остались верные коллеги здесь, одним из которых был вовремя приехавший профессор Ишикава.

В зале повисла мертвая тишина. Все понимали, о чем идет речь. Сукцинилхолин — препарат, который используют анестезиологи для расслабления мышц при интубации. В большой дозе он вызывает полный паралич, включая дыхание. И его невозможно отследить в стандартных анализах.

— Но… я ничего такого не вводил! — пискнул Томимо-младший, бледнея на глазах.

— Я не говорю, что это сделали вы, Томимо-сан, — Ишикава посмотрел на него почти с сочувствием. — Я говорю, что в этой истории есть третье, неизвестное нам действующее лицо. Кто-то, кто в промежутке между 20:30 и 20:40 вошел в палату и ввел пациенту препарат, вызвавший остановку дыхания. И пока мы не выясним, кто это был, обвинять профессора Теруми в халатности — по меньшей мере, преждевременно. Мы имеем дело не с врачебной ошибкой, а, возможно, с преступлением.

— Но профессор Теруми покинула своего прооперированного пациента? — попытался возмутиться Танабэ. — Это халатность с ее стороны.

Ишикава отошел от экрана и подошел к первому ряду, где восседала группа юридического отдела:

— Да. То, что Теруми-сенсей покинула свое рабочее место — это вопиющее нарушение, — проговорил профессор, и я был уверен, что на лице Танабэ расплылась самодовольная улыбка. Но затем Ишикава продолжил: — Однако ввиду новой информации, не думаете ли вы, что все это заседание — один сплошной фарс. Дело приобрело новый оборот. Кто-то ввел пациенту препарат, вызвавший кому. А мог бы и смерть.

Все в зале притихли.

— Вы можете делать, что хотите в отношении Теруми-сенсей, однако… — Ишикава поднял взгляд, и даже я с задних рядов замер от его холодного взгляда, — я приму ответные меры.

Он сел. Заседание было окончено. Негласно. Я видел это по растерянным лицам комиссии, по побагровевшему лицу профессора Томимо и по тому, как недовольный адвокат Танабэ торопливо собирал свои бумаги и что-то яростно шептал своей команде.

Справка:

Абсцесс корня аорты — гнойное воспаление у основания аорты — главной артерии, выходящей из сердца.