— Ты знаком с Мей Теруми, — это был не вопрос, а утверждение.

Акио присвистнул.

— Огонь-баба! — он мечтательно закатил глаза. — Конечно, знаком. Она тут недавно пыталась лбом дверь вынести. Зрелище было — закачаешься. Я даже поаплодировал. Жаль, она не оценила. Характер у девки, конечно, не сахар. Но с такими скучно не бывает.

— Она говорила, что ты здесь давно, — продолжил я, игнорируя его паясничанье.

— Да уж подольше, чем хотелось бы, — вздохнул Акио. — Скукота тут смертная. Ни тебе патинко*, ни хорошего сакэ. Только унылые рожи живых и занудные беседы полумертвых.

— Ты много знаешь, — я смотрел ему прямо в глаза.

Акио хитро прищурился, откидываясь на спинку дивана и скрещивая на груди руки. Его поза была расслабленной, но я чувствовал, как внутри него все было напряжено.

— Знаю ли, не знаю… Это как посмотреть, шкет. С какой стороны. — Он усмехнулся. — Знание — это ведь не просто набор фактов. Это понимание связей между ними. А когда у тебя в запасе вечность, чтобы наблюдать за этим муравейником, ты начинаешь видеть эти связи. Видеть ниточки, за которые дергают, видеть тени, которые отбрасывают самые яркие фигуры.

Я понимал, что он играет со мной, набивает себе цену, но в его словах была какая-то странная мудрость.

— Откуда ты вообще столько знаешь об этом? — спросил я. — О том, что призраки могут, а чего нет? Мей пыталась пройти сквозь стену. Она думала, это так работает. Да и я тоже.

Акио громко фыркнул.

— О, классическая ошибка новичка! Все думают, что раз ты призрак, то можешь летать сквозь стены, как в мультиках, и подглядывать за девчонками в душе. Спешу разочаровать: с первым — облом, а со вторым… ну, тут есть нюансы, — он подмигнул мне. — А мир устроен куда сложнее. И хитрее. Он не любит, когда нарушают его правила. Даже для нас есть свои законы.

— И какие же? — я подался вперед, чувствуя, что подбираюсь к чему-то важному.

— Правила простые, шкет, — Акио поднял указательный палец. — Представь, что мы как помехи в телевизоре. Мы можем проходить сквозь так называемую «картинку» — людей, каталки, стулья, тумбочки. Все, что движется или может быть передвинуто. Но мы не можем пройти сквозь сам «телевизор». Стены, пол, потолок — это несущие конструкции сего бренного мира. Они для нас так же реальны, как и для вас. Иначе мы бы все давно провалились к ядру Земли или улетели в космос.

Он вздохнул.

— Так что, нет, мы не можем проходить сквозь стены, как бы не хотелось. Мы, как и вы, простые смертные, вынуждены пользоваться дверями. Что подводит нас ко второму правилу…

— Взаимодействие, — догадался я.