— И ты, Мирон, — продолжил говорить я, — будешь к этому готов.
Мирон смотрел на меня пристальным, изучающим взглядом. В его глазах читалась внутренняя борьба между страхом и зреющей надеждой.
— Потому что у меня, — добавил я и вежливо улыбнулся, — есть для тебя деловое предложение.
Простое деловое предложение могло означать для Мирона что угодно: от взятки стражникам до найма головорезов. Но я видел, что он догадывается, речь идёт о чём-то большем.
— Бойня в твоём трактире — это последнее, что нам нужно, — начал объяснять я, медленно обводя взглядом зал и уже представляя себе расстановку сил. — Шум, крики, трупы. Это привлекает внимание, а нам нужно сделать всё тихо и по-умному.
— Ты что же, — нахмурился Мирон, — хочешь против Барса пойти?
— Мне, Мирон, — спокойно ответил я, — нужен не только Барс, но и его лучшие бойцы.
— И как же их всех одолеть-то, — почесал затылок Мирон, — без крови и шума?
— А вот это моя забота, — отрезал я. — Тебе нужно написать письмо. Ты получишь избавление от падальщиков. Ну, а если твой трактир приглянется кому из ратников, то это уже будет бонусом. Будет у тебя своя территория и гарантия, что никто не придёт к тебе с дубинами или казённым зерном.
— Зачем тебе это? — серьёзно спросил Мирон.
— Барс мне дорогу не переходил, — прикинул расстановку сил я. — Даже нападение его людей я мог бы пропустить, не в первый раз. Но он оказался не в том месте не в то время. А ты, наоборот, можешь считать, что тебе повезло.
Мирон молчал долго, очень долго. Он смотрел на стол, затем взглянул на свои мозолистые руки. Я видел, как в его голове идёт борьба: страх перед Барсом и его людьми, ненависть к ним за смерть родственника, нежелание впутываться в дела, которые пахнут ещё большей кровью.
— А если прогорим? — наконец выдавил из себя он, поднимая на меня тяжёлый взгляд. — Если он что-то заподозрит и приведёт не пятерых, а десяток или два? Или просто сожжёт «Кота» со мной внутри?
— Не прогорим, — честно ответил я. — Слишком уж он уверен в себе. А у меня есть элемент неожиданности, позиция и… — я тронул рукоять меча, — преимущество в силе и подготовке. И я буду не один. Сделаем всё быстро, чисто и тихо. И в городе станет на одну банду меньше.
Мирон тяжело вздохнул.
— А если тебе повезёт ещё раз, то больше никто из бандитов в Ярмуте крышевать тебя не сможет.
Мирон резко выпрямился, будто сбрасывая с плеч невидимую ношу.
— Чёрт с тобой, — прохрипел он. — Я в деле. За Стёпку и за трактир.
Решение было принято. Теперь нужно было действовать.
— Хорошо, — кивнул я. — Тогда первое: нужно закрыться и отправить гостей по домам, чтобы здесь, кроме нас, не было ни души.