Глава 23. То, что скрывалось за насмешками
Страница 45 из 50
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 23. То, что скрывалось за насмешками

Страница 45

— Прости меня, — сказала она. — Прости, Демьян. Я знаю, что не заслуживаю прощения. Но я хочу, чтобы ты знал: я никогда тебя не забывала. Ни на день.

Демьян смотрел на неё. Долго.

Потом встал. Обошёл стол. Сел рядом с ней.

— Я не знаю, смогу ли простить, — сказал он. — Не сейчас. Может, никогда. Но я хочу попробовать.

Она подняла на него глаза.

— Правда?

— Правда. — Он взял её за руку. — Я тоже не был идеальным сыном. Я злился. Ненавидел. Не хотел тебя видеть. Но теперь… — он запнулся. — Теперь я хочу знать тебя. Настоящую. Не ту, которую я придумал.

Она заплакала сильнее. Обняла его. Он обнял её в ответ.

Я сидела, глядя на них, и чувствовала, как слёзы текут по моим щекам.

Вечером мы пошли гулять по набережной.

Демьян держал меня за руку. Молчал. Потом сказал:

— Спасибо.

— За что?

— За то, что заставила меня поехать. — Он посмотрел на меня. — Я бы никогда не решился. Без тебя.

— Ты бы решился. Рано или поздно.

— Не знаю. — Он покачал головой. — Я столько лет жил с этим. С ненавистью к ней. С обидой. А оказалось… — он помолчал, — оказалось, что всё было не так. Она пыталась. Он не дал. А я винил её.

— Ты был ребёнком, — сказала я. — Ты не мог знать.

— Мог. Если бы захотел. — Он остановился. Посмотрел на воду. — Я не хотел. Проще было ненавидеть. Чем понять.

Я обняла его.

— Ты понял, — сказала я. — Сейчас. Это главное.

Он обнял меня в ответ.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я знаю.

— Скажи это.

— Я люблю тебя, Демьян Соколов. Даже когда ты ведёшь себя как идиот.

Он засмеялся. Тихо.

Глава 23. То, что скрывалось за насмешками

После встречи с матерью Демьян изменился.

Стал мягче. Спокойнее. Как будто с него сняли груз, который он нёс двадцать лет. Он начал звонить ей — раз в неделю, потом чаще. Они говорили подолгу, и после каждого разговора он выглядел… светлее.

Я была рада. Правда.

А потом я нашла дневник.

Не его. Мой.

Это было в воскресенье. Я разбирала старые вещи в квартире — те, что остались после переезда от мамы. Коробки с книгами, тетрадями, школьными фотографиями. Я не открывала их много лет.

В одной из коробок лежал дневник. Толстая тетрадь в клетку, с обложкой, обклеенной наклейками. Мой школьный дневник. Я вела его в девятом классе.

Я села на пол и открыла.

«Сегодня Соколов опять смеялся надо мной. Сказал, что у меня волосы как мочалка. Все засмеялись. Я плакала в туалете».

«Он сегодня толкнул меня в столовой. Поднос упал. Еда разлилась. Он сказал, что я неуклюжая. Я не неуклюжая. Я просто не ожидала».

«Ненавижу его. Ненавижу. Ненавижу. Хочу, чтобы он исчез. Хочу, чтобы он умер. Хочу, чтобы он почувствовал то же, что я».

Я читала и чувствовала, как внутри всё сжимается. Я помнила это. Каждый день. Каждое слово. Каждую обиду.

назадназад
1 ... 43 44 45 46 47 ... 50
впередвперед