«Не поспоришь, то первое артиллерийское сражение показало неплохую подготовку большевиков. А их радары оказались вполне на уровне. 1И оппонирующий нам адмирал, этот… Левченко, как командир рейдерской эскадры практически не сделал ни одной грубой ошибки. Что ж, можно быть умным и равно допускать промахи, можно умным притворяться и „бросать кости“… выпадать будет 50 на 50, так или иначе. Потому что море слишком большая и открытая площадка для каких-то особо изощрённых планов и стратегий. Тогда как в военно-морских дуэлях многое значение имеет число. Число стволов».

Но если уж быть до конца честными, особого оптимизма Генри Рутвен Мур не испытывал, считая, что они зашли слишком далеко, в прямом смысле — слишком близко к границам входящих в подконтрольные зоны противника.

«Это сегодня погода ограничит или вовсе сведёт к минимуму возможности береговой авиации русских. А завтра? Сомнительное удовольствие добиться своего и потопить линкор „красных“ или даже чего-то больше, однако потеряв при этом какие-то свои корабли. На отходе. Какой уж тут престиж для Королевского флота».

И очень желал, во-первых, чтобы лётчики ничего не напутали и поражённым кораблём являлся именно линкор типа «Союз», самый сильный корабль в советской эскадре. «Похожий» линейный крейсер его не удовлетворял. Во-вторых…

«Чёрт бы с ним, с этим „Советским Союзом“, пусть уж утонет, сам, а остальные полным ходом покинут место. Тогда и мы, уже будучи не в состоянии их догнать, доложив об этом „наверх“, с чистой совестью, наконец, повернём домой. Сколько можно…».

* Midshipman — переводится, как мичман, в британском флоте звание соответствует младшему лейтенанту.

Похожими сомнениями с ним поделился и кэптен Томас Хэлси, командир флагманского линкора «Кинг Джордж», когда адмирал поднимется на мостик.

Поднимется внешне спокойным: решения приняты, распоряжения отданы, от командования одобрение получено. Да, «Малайя» и «Рамиллес» накладывали ограничения на всё соединение, тем не менее, полноценные эскадренные «восемнадцать» держали. Времени, по расчёту штурмана, у них было предостаточно. Они успевали.

Хэлси ему «попался» на открытом мостике. Нахождение на этих продуваемых площадках, невзирая на время года и практически в любую погоду, если того требовала необходимость, сэр Генри считал тем из чего и слагается британская морская традиция.

— Всегда удивлялся, как Фрэзер* даже в такой холод не изменял своей привычке не носить перчаток, — сам Мур, наскоро экипировавшись в непромокаемую «ветровку», недолго поводит биноклем по горизонту, упрятав настывшие ладони под одежду.