Чувствуя себя старой разваливающейся машиной, которой давно пора на свалку, он почти не выходил из своей комнаты, превратив ее в берлогу, в убежище от внешнего мира, которое, однако, не могло защитить его от внутреннего шторма.

Запасы еды подошли к концу на четвертый день. Скрипя зубами, пришлось раскошелиться на доставку. Марк поблагодарил судьбу за то, что он живет в столице, а не в деревне на окраине империи. Автоматическое такси по доставке готовой еды стало его спасением и единственным источником пропитания. Он глотал дешевую лапшу и пил горький кофе, почти не ощущая вкуса, просто чтобы заглушить ноющую боль в желудке и ускорить восстановление тела.

За это время его комната окончательно превратилась в филиал сумасшедшего дома: стены были оклеены листами бумаги, испещренными бессвязными формулами, схемами, обрывками рун, которые его рука выводила почти автоматически, пока сознание боролось с внутренним штормом. Беседы с самим собой, споры с призраком Кайрона, часы, проведенные в неподвижности, — так проходили его дни в попытках осмыслить крупицу необъятного знания.

Он был сейфом, который подключили к высокому напряжению. Сокровище было у него внутри, но любая попытка прикоснуться к нему отзывалась сокрушительной болью. Знания Древних не были предназначены для человеческого, неокрепшего разума. Они были как радиация — невидимая, но разъедающая изнутри. Возможно только то, что он с детства увлекался программированием и натренировал свой мозг, для анализа большого количества информации, спасало его от полного безумия.

Но иногда ему казалось, что он сходит с ума — по ночам ему мерещились тени Аэтерийцев, он слышал отголоски их мыслей, чувствовал на себе тяжесть их взглядов. Это было похоже на тяжелейшую форму гриппа, когда все тело ломит, а сознание уплывает в бреду, но вместо вируса его атаковала чужая, бесконечно сложная душа. И среди всего этого хаоса, этого вихря информации, его сознание, как стрелка компаса, неизменно возвращалось к одному — к самой грандиозной и самой запретной из идей Кайрона.Теории Бессмертия .

Не в смысле жизни призраком или воскрешения. Нет. Это была куда более дерзкая, более фундаментальная концепция.Бесконечная, управляемая эволюция . Артефакт, который, будучи имплантированным в живое существо, становился бы его вторым сердцем, вторым мозгом. Он должен постоянно анализировать, совершенствовать, перестраивать тело и дух носителя на клеточном и энергетическом уровне, используя магический фон вселенной как неиссякаемый источник топлива. Медленно, но неотвратимо, делая его сильнее, быстрее, умнее, постоянно адаптируя к новым условиям, исцеляя со временем любые повреждения, включая старение мозга. Это был путь к богоподобному могуществу, растянутый во времени, но единственно верный с точки зрения Кайрона.