Марк тяжело дышал, ожидая, что сейчас его накроет новая, знакомая волна отчаяния. Он ждал, что слезы бессилия снова выжгут глаза, что он рухнет на колени перед этой грудой макулатуры и хлама. Но ничего этого не произошло. Вместо этого его взгляд, затуманенный яростью и бессонницей, зацепился за рассыпавшиеся рубины. За ихидентичность. Каждый кристалл был точной, до микрона, копией другого. Та же форма, те же грани, те же размеры. Дешевый, массовый продукт химической лаборатории. Совершенно бесполезный с точки зрения современной традиционной магии, презираемый аристократами… но идеальный с точки зрениястандартизации и точности.

Медленно переместив взгляд вверх, к лазерному граверу, он вспомнил тонкий, раскаленный луч, который мог выжигать на поверхности этих камешков, на металле, на стекле сложнейшие узоры. С точностью, недоступной ни одному магу, вплетающему энергию вручную, на ощупь, как бы виртуозно он это ни делал. Воспоминания о знаниях Древних о нанесении рун всплыли в сознании: важна не грубая сила, абезупречная точность . Идеальная геометрия. Абсолютное соответствие формуле.

Пальцы сами потянулись к клавиатуре, и он открыл программу для управления гравером. На экране замерцали знакомые интерфейсы, линии векторной графики. Марк больше не видел просто программу и просто лазер. Он виделинструмент . Принтер. Машину, которая могла бы печатать не узоры на сувенирах, а…код . Тот самый высочайший уровень кода, на котором была написана сама реальность. Язык Древних. Руны.

В его голове, перегруженной формулами Кайрона и собственным отчаянием, что-топереключилось. Щелчок был почти физическим, как будто в мозгу повернули гигантский рубильник! Озарение! Точность. Технология. Серийное производство. То, чего не было у Древних. Но то, что было у него, чем он овладел много лет назад. Перестав думать, как отчаявшийся наследник, пытающийся слепо скопировать недостижимый оригинал, он начал думать, какинженер . Какпрограммист.

Затаив дыхание, он замер, пытаясь поймать ускользающую нить мысли. В ушах стоял звон от напряжения, но сквозь него пробивался ясный, холодный голос разума, тот самый, что всегда выручал его при работе со сложным кодом.

Стоп , — приказал он себе, заставляя дыхание выровняться. Медленно опустившись на корточки, он подобрал с пола один из синтетических рубинов. Кристалл был холодным и идеально гладким на ощупь. —Давай заново. Отбросим всё. Задача: воспроизвести схему Кайрона. Ограничения: нет материалов. Что имеем? Современные технологии. Что можем? Решение? Он пристально уставился на искусственный рубин, поворачивая его в пальцах и ловя блики света.