Но откуда эта сила?

Через миг она вырвалась с криком, от которого задрожал пол:

— Р-Р-РА-А-А!!!

Мана выплёскивалась через край, и я позволил ей делать то, что она будто бы сама хотела.

Из спины вдруг вырвались мощные корни, которые окружили меня непробиваемым вихрем ударов. Откуда бы ни прилетал удар, они его отбивали. Духовная сила вновь разогнала тьму, и я увидел цесаревича. Ощутил, как от него расползаются волны страха. Он испугался! Как никогда в жизни!

А моё тело продолжало трансформироваться. Прогоняя ману по телу, наращивал плоть и дубовые мышцы прямо поверх старых. Мои руки и ноги становились толще и быстрее, торс просто покрылся непробиваемым панцирем.

Мы вновь схлестнулись с цесаревичем. И на этот раз я быстро и неумолимо одержал над ним верх. Даже щелчки новыми пальцами ему не помогали. Духовная энергия с таким напором хлестала из меня, что чёрный огонь цесаревича начал быстро затухать.

Одним сильным ударом топора с освобождением настолько большого количества маны, что зазвенел воздух, я отбил атаку двух чёрных клинков. Они рассыпались в пыль. Я отбросил топор, схватил руки цесаревича и сжал их в своих ладонях.

— Стой! — вдруг закричал предатель. — Умоляю, стой! Подумай, что ты творишь! Дубов, мы можем быть союзниками! Встанем вдвоём во главе Империи! Я теперь вижу! Слышишь? Вижу, что вдвоём мы можем остановить Саранчу и сделать Империю вновь великой!

— А я не вижу, — пожал я плечами и сжал руки цесаревича в своих ладонях.

Чёрное стекло лопнуло и с тихим шорохом посыпалось на пол. Чтобы они не отросли вновь, я тут же прижёг обрубки, направив в них свою духовную энергию. Она закупорила выход чёрной жижи и прижгла раны. Тогда цесаревич от ужаса, видимо, сошёл с ума и просто завопил. Его отчаянный крик заглушила серия взрывов неподалёку.

Пока враг стенал, я нашёл свой молот, пинком уронил цесаревича и поставил молот сверху. Убрать он его не мог, только елозил по рукояти сколами чёрного стекла вместо рук.

— Поцарапаешь — и ноги переломаю, — пообещал я.

Затем я бросился к девушкам. Мита была в порядке, просто без сознания. Может, сотрясение мозга. Графине досталось сильнее. Удар оказался столь силён, что её тело покрывали ушибы и ссадины, несколько рёбер было сломано, а внутренние органы получили ушибы. Но главное, что она была жива и прямо сейчас её жизни ничего не угрожало.

— Великолепно! Просто великолепно! — произнёс прикованный к креслу князь Тарасов. Только неизвестным чудом он не пострадал во время схватки. — Я никогда не видел столь потрясающего сражения, господин Дубов. Видите, чего мы можем достичь вместе? А это я всего лишь одну капельку своего дара использовал, чтобы помочь вам.