Вершина Роя

Ожесточённые атаки Тарантиуса раскалили воздух до такой степени, что лёд вокруг испарился. Он с такой силой обрушил на меня свои два меча, что когда я блокировал удар молотом, произошёл взрыв, а я ногами провалился во что-то мягкое. В плоть Роя под слоем хитина и стекла. А ударная волна ушла на несколько километров в стороны и растолкала тёмные громады облаков.

Мечи давили сверху, рукоять из маны искрила и сыпала мне на голову раскалённые капли. Зарычав, я с силой оттолкнул от себя огромные клинки и выскочил из ямы, заполненной горячей кровью.

— Тебе не одолеть меня даже с Берсерком! — хохотал Тарантиус.

Тем временем Берсерк в моей крови вышел на максимальный уровень. Я ещё увеличился в размерах, а маны, выделяемой моим телом, хватило бы на два таких молота!

Но вместо второго молота у меня был Револьвер Дуброва под названием Громобой!

По велению мысли он оказался в моей левой руке. И пусть был заряжен пустыми гильзами, мне было плевать. Я просто верил, что он выстрелит! И сам револьвер верил тоже. Всю ману без остатка я направил в оружие. Пистолет засиял и затрясся от едва сдерживаемой мощи, а его рукоять раскалилась добела.

Тарантиус попытался выбить его, но я отразил удар молотом. Его клинки вновь рассыпались, и он вцепился в мою руку зубами. Тогда кончиками пальцев я подцепил его нижнюю челюсть и рванул вниз. Раздался треск рвущейся плоти, а затем Тарантиус взревел от боли, зажимая отломанную и почти оторванную челюсть.

Ствол пистолета сам навёлся и выстрелил в основание щупальца. Пуля из чистой маны, разорвав связь с Тарантиусом, оставила глубокую яму, и оттуда ударил гейзер крови высотой в сотню метров.

Красные глаза врага наполнились слезами ужаса. Он попытался бежать. Я настиг его у края широкой платформы. В прыжке ударил ногами в спину, и мы оба слетели вниз.

Падали, кувыркаясь и ударясь о поверхность метеорита, снося всяческие отростки своими неуправляемым телами. Падали долго. Несколько минут. В конце концов рухнули на ещё одну площадку, что была в самом низу, но чуть выше старой, с которой началось сражение.

Двумя ногами я приземлился на грудь Тарантиуса. Раздался отчётливо слышимый треск костей, из пасти монстра выплеснулся фонтанчик крови. Я схватил его тело за ногу и швырнул в стену. Упёр сияющий энергией молот в грудь поверженного гиганта.

В него тут же впились сотни мелких щупалец Роя, пытаясь его восстановить. А я вошёл в состояние Кондара. Вместе с Берсерком они усилили друг друга многократно.

И я просто перестал существовать. Стал чистой силой. И вся эта сила устремилась в молот, в шар в центре и взорвалась. Меня окутали огромные языки холодного зелёного огня. А из молота вырвался плотный изумрудный луч. Он ударил в грудь Тарантиуса и сквозь него. Пробил тело Роя насквозь. Маны в нём было так много, что она завивалась вокруг луча в дополнительные спирали.