Все нападения были отбиты, враг оказался малочисленен. Несколько групп удалось обнаружить с воздуха и уничтожить дирижаблями. Кстати, Враг снова глушил связь, но в войсках на этот случай разработали систему световых сигналов и с их помощью общались на огромных расстояниях.

Билибин догадался, что это была лишь разведка боем — противник нащупывал слабые места, и дал приказ окапываться. Отставшие части подтянулись, артиллерийские батареи заняли позиции.

Вскоре от Саранчи пришёл переговорщик. Чёрный офицер, как тот, которого убил в Стамбуле Дубов. Но ему даже не дали подойти к позициям, выстрелив в голову артефактным бронебойным патроном из танка.

Уже через несколько минут с головных дирижаблей пришли донесения, что замечено какое-то движение. Но видимость была слишком плохая. Однако аристократы с воздушными и погодными Инсектами наконец справились с плотным покровом. Сильный, почти ураганный ветер разогнал тучи над войсками. В прорехах показались синие куски неба, а с востока на запад ударили копья солнечных лучей.

Увиденное поразило дозорных. Впереди лежала бугристая равнина, на сколько хватало глаз. Горизонт тонул в темноте, но там, куда упал свет зари, шевелилась сама земля. Саранчи оказалось настолько много, что почвы под её ногами не было видно. Только облака серой пыли поднимались над несметным войском Врага.

Снова с запада и севера начали набегать чёрные тучи. Но в этот раз это были уже не облака, а бесчисленные стаи Летяг. Их целью был флот дирижаблей.

Восточнее основных позиций вперёд, охватывая с фланга поле боя, выдвинулась Дикия дивизия. Тысячи конных воинов: казаков, черкесов, аварцев, других кавказцев и орков, — широкой дугой высыпали на вершину длинного и пологого холма, который когда-то был высоким берегом высохшей реки. Они видели со стороны, как разгорелось сражение.

Лавиной Саранча насела на передние позиции. Воздух раскалился от свистящих пуль, визжащих снарядов и боевой магии. По всей линии соприкосновения вспыхивали защитные барьеры, в серой гуще Врагов рвались снаряды и магические атаки. Всё мерцало, горело и взрывалось. На дирижабли накинулись стаи летающих тварей, но князь Джугашвили закрыл суда широким барьером. Летяги накинулись на него не жалея себя. Они пытались прогрызть и проломить барьер, и постепенно он начал поддаваться.

Атаман Дикой дивизии скакал вдоль рядов конницы.

— Шашки на-а-а-голо! — прокричал он, сверкая клинком, объятым золотым пламенем. — Вперёд, мои казаки! — Он намётом пронёсся мимо своих воинов. Его шашка стучала по выставленным шашкам воинов и мечам орков. — Будет сеча! Так не посрамим наше Отечество! Вперёд, за Царя! Вперёд, в последний бой этого мира! На смерть!