Узнав направление от довольного торговца, у которого Геракл закупался, я отправился выслеживать самого величайшего героя Греции.

И это оказалось крайне трудно и проблематично. И не только из-за почти нулевых навыков в деле выслеживания — у меня самих таких навыков просто не было, я всё же был воин, а не охотник, ну или рейнджер, чтобы брать след и идти за тем, кто его оставил — но и потому, что кто-то явно затирал следы за собой. А иногда и путал их. Да и ещё очень уж хорошо это делал. Я пожалел, что у меня не было своих рейнджеров — ни среди приплывших со мной, ни среди тех, кто остался на родине. Увы, на родине у меня очень хороших воинов растят, а не следопытов. Хотя мы и уступаем в качестве воинов Спарте, но не то чтобы слишком сильно.

К слову, из-за того что кто-то путал следы, я пару раз даже заблудился. Бродил по лесу прям как нашкодивший щенок, ругаясь сквозь зубы на неизвестного «умника», который так хитро следы заметал, и искренне желая натянуть его шкуру на барабан.

И только примерно в два часа ночи я смог выбраться из леса.

И вылез я из него очень злой.

И жаждущий снять шкуру с того, кто так хитро заметал следы и делал ложные тропы. Потому что я дважды попадал в пещеры — сначала к медведю, потом ещё и к волкам.

С медведем, кстати, пришлось мне подраться.

Совсем немного.

Хорошо, что я куда быстрее обычного человека. И хоть медведь — большой и сильный, моя скорость позволила мне схватить копьё поудобней и воткнуть его в шею косолапому. Правда, копьё не выдержало веса зверя, когда тот падал, — и древко сломалось от нагрузки.

Пришлось мне доставать наконечник копья. Ибо новое копьё покупать — или заказывать — гораздо дороже, чем просто заменить древко. Так что я вытащил металлический наконечник из туши косолапого, вытер наконечник копья о траву и сунул его за пояс, чтобы не потерять.

— Надеюсь, Геракл оценит, что я ради встречи с ним по лесам лазаю и с медведями сражаюсь, — злобно прошипел я.

---

Кстати, вышел я из леса весь грязный — в листве, земле и медвежьей крови. Благо, выбрался только благодаря огням вдалеке. Если бы я их не заметил, то мог забрести ещё дальше — и бродил бы там до самого утра, ругаясь на всех богов разом на двух языках: на древнегреческом и на русском. И тогда бы этот лес узнал бы о себе очень много чего интересного.

Так, надо бы привести себя в порядок.

Всё же не являться же к людям в таком виде — я всё-таки полубог, сын богини, а не лесной разбойник. Умоюсь, отряхнусь, сменю накидку. И только потом пойду знакомиться.

А заодно подумаю, как этого хитрожопого следозаметальщика прирезать сподручней. Хотя… сначала его найти надо. А уж потом — прирезать. Спокойно, со вкусом, с осознанием справедливости возмездия.