— Сделаем, — он уже почти бежал, раздавая новые команды налево и направо.

Я остался стоять на берегу, глядя, как суетятся мои люди. Солнце клонилось к закату, окрашивая море в багровые и золотые тона — словно сама природа праздновала моё возвращение.

Домой я вернулся живым и здоровым. Да и наконец-то отпускать меня по нормальному стало, ибо те, кто могли меня убить, сейчас были мертвы. Да и вернулся я домой с очень приличной добычей. Да и с сильным уважением своих воинов, да и точно заработал пару баллов в глазах воинов армии Трои и Агамемнона. Да и ещё и новую способность я получил, которая могла сделать меня ещё более опасным воином. Да и с пленницей, которая вместо ненависти ко мне сейчас, кажется, испытывала ко мне что-то вроде осторожного интереса с примесью благоговения из-за моей якобы божественности. Что было хорошо, ибо по ней можно было понять, как на людей верующих отразится моё представление. Да и воины точно скоро начнут распускать нужные мне слухи о моей божественной природе.

Да и без Агамемнона. Без его надменного взгляда. Без его тупых приказов. Без его унизительной манеры напоминать мне, что я — всего лишь наёмник, пусть и лучший. Да и теперь при следующей встрече я его могу прирезать без урона репутации, ибо это уже будет не предательство царя, а оскорблённый воин перешёл на сторону противника и убил вражеского царя.

Впервые за долгое время я почувствовал что-то похожее на… свободу.

— Эй, Ахилл! — крикнул кто-то с корабля. — А как быть с теми амфорами, что в корме лежат? Их тоже в кладовую?

— Нет, — отозвался я, выныривая из размышлений. — Их положите отдельно. Это подарок моей матери. Пусть слуги отнесут их в дом моей матери.

Я ещё раз окинул взглядом берег, убедился, что всё идёт по плану, и двинулся обратно — не к дому, а к причалу, где разгружали последний корабль.

Работы было ещё много. Но это была моя работа. Моя добыча. Мой дом.

И никто не стоял у меня за спиной с кнутом.

— Ладно, — вздохнул я, засучивая рукава и направляясь к самым тяжёлым сундукам. — Давайте живее. До темноты надо успеть хотя бы золото пересчитать.

Воины, видя, что я сам взялся за дело, засуетились с удвоенной энергией. Кто-то даже попытался отобрать у меня сундук — мол, не царское дело, — но я только отмахнулся.

Сегодня я хотел поработать руками.

Чтобы выветрить из головы запах крови и троянского песка.

---

На следующий день

Я встал сегодня очень рано — ещё затемно, когда первые лучи солнца только начали золотить верхушки деревьев. Взял свои тренировочные принадлежности и углубился в лес. Подальше от любопытных глаз. Чтобы никто не увидел моих экспериментов.