— Как разведка проглядела эту толпу? — сказал я вслух, обращаясь скорее к себе, чем к кому-то. — Они же должны шуметь, как стадо слонов. Топать, ржать, орать команды... Как можно было это не заметить?

— Не знаю, — дёрнув щекой, ответил Автолик, подходя ближе. — Но я узнаю позже и пожму этому шею. Да так пожму, что мёртвые позавидуют. Да и явно кто-то очень хорошо заметал следы всей армии. Или мы слишком уверовали в свою безопасность, точнее разведчики очень сильно расслабились, — хмуро сказал он. — И это может стать для нас теперь фатальным, — напряжённо добавил он.

Я тяжело выдохнул, поднял голову и посмотрел в серое небо, которое нависало над нами, словно крышка гроба, которая приветственно начала махать мне рукой.

— Неужели всем лансерам не везёт? — вырвалось у меня невольно, да с таким, как бы сказать, принятием, что я сам невольно удивился.

— Ты что за чушь несёшь? — нервно сказала Аталанта, подходя ближе и вставая рядом. Она была напряжена, как тетива, и её пальцы нервно перебирали оперение стрел в колчане. — Какие лансеры? Ты о чём вообще?

— Неважно, — отмахнулся я от Аталанты.

К нам подошёл Геракл. Лицо его было сосредоточенным, он уже успел облачиться в свой львиный плащ и взять палицу. Судя по его виду, он уже принял какое-то важное решение для себя.

— Ахилл, ты со мной пойдёшь в первых рядах, — сказал он без лишних слов, глядя на вражескую армию.

Я только кивнул, чувствуя, как внутри закипает холодная решимость. Вокруг нас смыкалось кольцо, и в этом кольце мы должны были найти брешь, чтобы прорваться. Или умереть, пытаясь её создать.

Геракл развернулся к армии и начал строить солдат в клин. Его голос гремел над лагерем, чёткий и уверенный:

— Стройтесь клином! Защищайте царя и царевну! Мы прорываемся через вражеское кольцо, и ничто не сможет нас остановить!

Солдаты, ещё вчера бывшие крестьянами, а сейчас сжимающие копья с неуклюжей, но твёрдой хваткой, начали выстраиваться. И в центре этого построения оказались царевна и её отец — бледный, но держащийся с достоинством. Рядом с ними встали Иолай и Автолик, а Геракл с остальными ушли чуть вглубь. И только Аталанта стояла в стороне, слегка неодобрительно поглядывая на меня, словно хотела сказать: «Ты с ума сошёл идти в первые ряды с этим безумцем».

Но я не обращал на неё внимания. Я уже знал, что мне предстоит.

— Самые тяжёлые удары прорыва мне придётся взять на себя, — сказал я, скорее для себя, чем для неё. — И шансы выжить... не самые высокие.

---

Я сконцентрировался и начал усиливать своё тело. Наполнял мышцы энергией, разгонял кровь в венах, чувствуя, как сила переполняет меня. Алые всполохи вспыхнули на моей коже, окутывая тело мерцающим, жарким свечением. Я чувствовал, как моя аура пульсирует, готовая к бою. Вокруг меня воцарилась тишина. Солдаты замерли, глядя на меня с благоговением.