Наверно, спасибо, что не на обочине, да?
Быстро вытираю слезы и решительно беру свой чемодан за ручку.
Нет. Может быть, я повела себя предосудительно и некрасиво. Может быть, я не должна была. И я определенно перешла границы, но… я человек, а не псина! Ясно?! Черт! Да так даже с животными не поступают! А я че-ло-век!
Запрещаю себе плакать в его отеле. Запрещаю! И без того унизительно все это, поэтому гордо задрав нос, я выхожу на улицу. Иду куда? Без понятия. Просто прямо. До первой скамейки, куда присаживаюсь, потом вытаскиваю телефон и нахожу имя папы.
Он берет через два гудка.
— Mon chéri! Звонишь с самого утра. Что-то случилось?
Случилось, папа, но ты никогда об этом не узнаешь. Я закрываю глаза, улыбаюсь и вру. Постыдно, но лучше так, чем правда…
— Не то чтобы «случилось», просто… Пап, я хочу уволиться из компании Марата Ильясовича.
— Что? Почему?
— Пап, прости… я обещала, что буду работать, и я буду! Но не у него.
— Даниэла, что случилось?
— Ничего, правда! Просто гостиничный бизнес мне… Пап, мне совсем неинтересно. Это не мое. Можно… я попробую найти себе другую работу? Что-нибудь… что меня заинтересует больше?
Папа мягко смеется. Я знаю, что мне позволено гораздо больше, чем брату. И не только потому что он «наследник» — я его любимая доченька, его единственная девочка. Обычно я этим стараюсь не пользоваться и ни вить из него веревки, но сейчас делаю откровенно именно это. Потому что… черт, по-другому просто не могу! И я знаю, что он разрешит мне все…
— Конечно, малышка. Что за глупые вопросы? Если тебе не понравилось — найди то, что понравится. Я не просто так работал всю жизнь! И уж точно не для того, чтобы мои дети страдали на нелюбимой работе.
Ощутимо выдыхаю, но это еще не все…
На миг жмурюсь, решаю, может быть, в следующий раз попросить? Чтобы не вызывать подозрений? Хотя нет. Вряд ли кому-то придет в голову, что я выкинула что-то столько «из ряда вон».
Киваю самой себе.
— И насчет квартиры…
— А что с ней? Марат что-то нашел?
— Я как раз об этом и хотела поговорить. Пап, он так много работает…
— Не понимаю, к чему ты клонишь?
— Пап, я ему буквально на голову упала, понимаешь? А еще это обещание, которое он дал тебе… так нельзя.
— Даниэла, не юли.
Усмехается, и я отвечаю совсем призрачной улыбкой — это мой сегодняшний максимум.
— Я подумала, может быть, мы обратимся в какое-нибудь агентство? А я пока поживу в отеле.
— В отеле?
— Да, поближе к центру, чтобы на просмотры ездить было удобней. Хочу жить где-нибудь в центре…
— Что-то ты темнишь, дочь.
— Нет, правда.
— С Анной не поладила?