— А…

— Катерина здесь больше не работает.

Звучит тихо, потом Марат просто разворачивается и уходит, не дожидаясь меня. Я же ловлю легкий шок, думаю: неужели он ее уволил? Из-за того, что произошло? Это, конечно, сильно…

Но это значит...он не хотел? И между ними ничего нет? Или он это сделал из-за меня?..

— Даниэла, мне некогда! — доносится из коридора строго.

Я прихожу в себя, быстро вскакиваю, хватаю свой телефон и бегу следом.

Но по пути все-таки думаю…

Он ворвался в номер явно в отвратительном настроении, а увидел меня, мой финт "вверх тормашками" и потеплел. Это греет и меня — тот факт, что я смягчаю его, даже если он сильно злится. Не знаю, что мне сей факт дает по итогу, но понимать это приятно.

Слава богу, у Марата на сегодня запланировано мало встреч. А может быть, он половину отменил из-за внезапной смены кадровых сил — кто его знает? По итогу я иду тенью во время трех его деловых поездок.

Первая — застройщик. Они обсуждают цены, материалы, договариваются о сроках. Вторая — это новый управляющий в один из самых крупных его отелей в центре Питера. Второй по величине! На такие позиции он людей отбирает лично. Третья — какой-то депутат. Марат явно переживает из-за тендера и конкурса на бизнесмена года, поэтому подстраховывается. А что я? Получив все указания в автомобиле, прилежно их исполняю. Все записываю в блокнот, улыбаюсь и разряжаю обстановку. Марат сказал, что так надо — с женщинами всегда проще. Мы смягчаем. Не знаю, что это значит, но ловлю на себе заинтересованные взгляд и с охотой им отвечаю. Не флиртую, кокетничаю или типа того, а веду себя сдержанно и вежливо — очень максимально, даже если мне что-то не нравится, или я замечаю внезапно съехавший взгляд на свои голые коленки.

Терплю все.

Ради него.

И ни в коем случае не ною, даже когда понимаю, что очень устала и хочу есть.

Терпи, Дана, терпи. Ради его блага…

Когда мы выходим с последней встречи с этим самым депутатом, я хочу умереть. Во-первых, он оказался тем еще козлом и пожирал меня взглядом так жестко, как не позволяли себе делать даже строители. Во-вторых, вертелся он, как уж на сковородке, чем заставлял сильно нервничать. Не Марат, конечно, а меня. Я переживала куда больше, чем он. Наверно, с непривычки.

Вообще, у меня все так: я и устала с непривычки, и считаю, что душу мне только что вынули от непривычки, мечтаю о душе… Марат же спокоен, как обычно. На нем все это адское давление вообще никак не отразилось! И я завидую… силе его, умению держать себя в руках, уму…

— Устала? — спрашивает он с улыбкой, когда мы садимся в его огромный внедорожник.