Видимо, наконец-то стряхнула оцепенение…

Наблюдаю, как ее адвокат пытается усадить свою подзащитную на место, но она рвется в бой. Хватается за стол и буквально рычит:

— Ты — старая сука!..

Раздаются охи и вздохи, а верхней нотой долбят сильные удары молотка судьи.

— Анна Вадимовна, я призываю вас к порядку! Немедленно прекратите! Или суд сочтет такое поведение оскорблением, и вы будете наказаны!

Сквозь всю эту какофонию слышу, как Кир тихо усмехается и тянет.

— Охо-хо… пошла жара…

Оборачиваюсь на него, а он мне еще и подмигивает. Я слегка закатываю глаза, и пока суд возвращает себе контроль — свой я теряю, взглянув на Дану.

Она такая красивая…

Смотрит на меня открыто и нежно, подбадривает улыбкой. Только выглядит какой-то… усталой? Она почти белая, будто ее сейчас стошнит.

— Все нормально? — спрашиваю одними губами, она пару раз кивает.

Здесь душно действительно. Может быть, ей стало плохо?

Дана, будто читает мои мысли, мотает головой и снова улыбается.

— Все хорошо, — отвечает также губами.

Верится мне с трудом, конечно…

Но суд продолжается, и я нехотя возвращаю внимание к спектаклю, который отыгрывается, как по нотам.

— …Анна часто перебарщивает с алкоголем, — цедит Надежда Викторовна, гордо задрав нос.

Кажется, зря Анна совершила выпад. Теперь это и шантаж по-прежнему, но еще и дело личное. Надежда Викторовна всегда платит по «личным» долгам — она хладнокровно возвращает все, еще и сверху насыпает без зазрения совести. Поэтому я понимаю сразу: тебе конец, Анна Керн. Даже если ты выскочишь сейчас, она тебе этого никогда не простит…

— Ее очень часто видят пьяной. Марат очень хотел детей, и он говорил об этом постоянно! Но какие дети с такой женщиной? Может быть, это и стало истинной причиной их разлада.

Адвокат улавливает перемену настроения собственного свидетеля, слегка улыбается и кивает. Будто теперь дело пойдет лучше, чем до этого момента.

— Расскажите о вашем разговоре.

— С радостью, — подтверждает она холодно, — Я помню каждое сказанное слово, поэтому сделать это мне будет достаточно просто. Анна приехала ко мне домой в начале десятого. От нее сильно пахло спиртным, и я спросила, где она была? Она сказала, что была дома и выпивала в одиночестве. Когда я спросила почему? Что-то случилось? Она кивнула и сказала, что на этот раз Марат точно подаст на развод.

— А вы?

— Я очень удивилась. Ведь мне казалось, что у них все хорошо! Но она призналась во всем. Плакала в моей прихожей и рассказывала, что их отношения — это чистой воды фарс. Я попыталась ее утешить, ведь терять любимого — всегда то еще испытание. Но она засмеялась.