Пару мгновений она молчит, потом смотрит на своего оператора и снова на меня.
— М-м-м… да?
Сука.
Тут же цепляю Анну за локоть и бросаю журналистке.
— Извините, на сегодня вопросы закончились. Моя жена слишком много выпила, ей пора домой.
Тяну ее к выходу. Анна пытается извернуться, но я совершенно не настроен шутить, поэтому смыкаю пальцы только сильнее.
Мы идем в тишине.
Стук ее шпилек отражается от высоких сводов, возвращается в меня, вторя гулкому биению сердца.
— Марат, не так быстро! Я на каблуках!
— Мне насрать!
Дергаю ее, снова тяну, она затыкается.
Мы подходим к лифту одной из крупнейших, шикарнейших гостиниц Санкт-Петербурга. Это мероприятие, которое похоже на ежегодный Met Gala*, проходит здесь ежегодно. На что они собирают деньги? Думаю, никто об этом не знает сам. Это неважно. Они здесь не ради проблем народа, а ради себя самих: покрасоваться перед камерами, попасть на первые страницы модных журналов или новостные ленты.
Но это сейчас неважно.
Блядь, как же я злюсь…
Достаю телефон, чтобы написать Дане, но он начинает дико тупить, а потом и вовсе вырубается. Я же заряжал его! Какого черта у меня оставался один процент?!
Вспоминаю, что в какой-то момент Анна попросила позвонить, чтобы найти свой мобильный, и резко перевожу на нее взгляд.
— Твоих рук дело?! — рычу, она только усмехается и дергает плечами, откинувшись на стенку лифта.
— Боишься, что твоя красотка…
— Рот закрой.
Динь!
Лифт приходит на нужный этаж, и я снова цепляю Анну за руку и волочу до ее номера. Знаю, где он, потому что она заставила меня подняться и забрать ее «как подобает».
Сука! Сука! Сука! Не удивлюсь, если это тоже как-то осветили. Твою мать…
— Открывай.
Анна бросает на меня взгляд, снова хмыкает, но спокойно прикладывает карточку к замку. Он пищит, и дверь открывается.
Я ее буквально заталкиваю внутрь, захожу сам и наконец-то выругиваюсь. На этот раз Анна не делает мне замечаний, проходит внутрь, направляясь к бару.
— Хочешь что-нибудь выпить?
— Выпить?! Ты, блядь, ничего не перепутала?! — повышаю голос, она бросает на меня взгляд и меланхолично жмет плечами.
— Значит, нет. Хорошо…
Меня кроет. Я смотрю, как она планомерно, важно разливает в свой бокал шампанское. Так бесит… каждое ее, твою мать, движение! Бесит! Какого черта?!
Подхожу и выбиваю его из рук.
— Хватит бухать!
Анна бросает на меня злой взгляд. И как бы она ни старалась замаскировать его за добродетелью — получается с натяжкой.
Я это вижу. Игру ее вижу. Но какой в этом смысл?..
— Мы, кажется, договорились.
— Ты же не думал, что я так просто отпущу тебя? — также тихо говорит она, — Что я не буду сражаться за наши отношения?