— Пойдем скорее обратно, — властно скомандовал Кирилл, проворно вставая на ноги, и, обхватив молодую женщину за талию, с легкостью приподнял ее.

Оленька оперлась о его плечо и устало пошла, с усилием волоча мокрую текущую юбку по земле.

— Где твой сюртук? — удивленно спросила она.

После пережитого они говорили на ты, по-простому, без холодного вы, это казалось им закономерным и правильным в данной ситуации.

— Не знаю, — пожал он безразлично плечами. — В траву где-то бросил, еще до того, как за тобой в воду прыгнуть.

Они быстро пошли по проселочной дороге и уже через четверть часа показались береговые постройки и рухнувшая пристань. На берегу царила паника. Все, от дворовых слуг и до высокопоставленных вельмож, суетились и бегали вдоль берега. Множество людей сидело и лежало на берегу, в мокрой грязной одежде. Неожиданно на пути Измайлова и Ольги возник Халим. Такой же мокрый, как они, он, едва увидев их, облегченно воскликнул:

— Вы живы, госпожа!

— Кирилл Григорьевич просто чудом выловил меня в реке, — объяснила ему Оленька.

— Как харашо, — сказал эфиоп с сильным акцентом. — Вы знаете, три человека утопли! И еще две женщыны без сознания, вода сильна нахлебались. А еще пять найти не могут.

— Возможно, их тоже снесло вниз по течению, — предположил Кирилл мрачно. Он чуть помолчал и уже властно поинтересовался: — Халим, где наша карета?

— Здесь, недалеко. Пойдемте, господин, я провожу.

Молодые люди последовали за черным слугой и почти уже вышли на аллею, как перед ними появился Роман Разумовский, такой же мокрый и взлохмаченный.

— Ольга Николаевна! С вами все хорошо? — воскликнул он, оглядывая дрожащую Ольгу и Измайлова в мокрой рубашке с мрачным лицом.

— Уйдите с дороги, милостивый государь! — сквозь зубы процедил Кирилл. — Как у вас хватает наглости интересоваться здоровьем Ольги Николаевны, когда именно вы затащили ее на этот опасный помост, который рухнул! Именно из-за вас она оказалась в воде. Я насилу вытащил ее!

— Но я совсем не хотел, — воскликнул обиженно Разумовский. — И вообще, Кирилл Григорьевич, вы ведете себя невежливо!

— Я солдат и привык изъясняться по-простому! И манерам, как ухлестывать за чужими женами, не обучался, как вы! — выпалил зло Измайлов и с угрозой добавил: — Впредь не смейте показываться мне на глаза, иначе я сломаю об вас свою трость!

— Кирилл Григорьевич! — воскликнула в ужасе Оленька, опешив от такого гневного выпада мужа в сторону Разумовского.

— Помолчите, сударыня! Этот разговор вас не касается, — уже окончательно взбеленившись, выдал Кирилл. — Вы поняли меня, Роман Михайлович? Я думаю, что вы уже достаточно скомпрометировали мою жену. И более я не намерен терпеть ваши выходки! Так что отныне держитесь от Ольги Николаевны подальше!