— Я тоже тебя люблю, — обнял баронетту за талию, ещё сильнее прижимая к себе: на такие слова, сказанные женщиной, нужно реагировать быстро и однозначно. Ч-чёрт, вот ведь… Как так вышло, что за время жизни на Земле ни одна женщина меня так и не полюбила? Приязнь была, даже вроде какие-то чувства, некоторое время жили в одной квартире… и каждый раз всё заканчивалось ничем. А тут я ведь натуральный гарем собрал себе, мягко говоря не обделён женским вниманием, и Милана это прекрасно знает. И всё равно… а я ещё хвастался, что понимаю женщин!
— … — мы с Милой почувствовали что-то одновременно и посмотрели в ту сторону, но Ната уже успела опустить взгляд. Но «магия момента» всё равно уже пропала.
— Вот что, ложитесь спать, уже поздно, — наконец предложил я, выкручивая яркость алхимлампы на минимум. — А я с документами поработаю, мне их к завтрашнему утру подготовить надо. Давайте, давайте, я виталист, и в отличие от вас могу пренебречь сном.
Лучше пока так. После всего, что мы тут друг другу наговорили… В общем, я не хочу проверять, чем всё закончится в нашей общей постели. Сегодня — точно не хочу. Проклятье! И когда это самое «всё» успело так запутаться⁈
— … Хочешь узнать, что там дальше в сказке?
Милана… ну твою ж мать!
— Хочу, — неожиданно для меня подала голос Натана.
10.
Сказка о Милосердной Принцессе, Рыцаре Отважном, Коварной Ведьме и Мерзком Чудище.
Да, именно так, с больших букв, потому что имена собственные.
Давным-давно жил на свете Король по прозвищу Могучий, и была у него красавица-дочь. Пуще красоты Свет одарил Принцессу добротой и состраданием: стоило увидеть ей какое горе, несправедливость или обиду — не могла пройти мимо ни замка баронского, ни чёрной хижины крестьянской. Оттого любили королевскую дочку стар и млад, богат и беден, и прозвали в народе Милосердной. Многия годы простояло королевство то, казалось людям — навсегда поселилось счастье на их земле. Но беда пришла откуда не ждали.
Случилось так, что состарился монарх, седины убелили высокое чело, и ослабела рука, некогда крепко державшая меч. Осмелели соседи, до того живущие в праведном страхе, а бароны, верные вассалы королевские, затевать стали склоки да свары меж собой. И не было наследника у Короля: кто из детей погиб в войнах, кого унесла болезнь, а кто и вовсе пропал. Осталась Милосердная Принцесса единственным живым отпрыском монарха, но где это видано, чтобы женщина взошла на престол?
Умные люди Королю о том молвили, молили: «Наследника объявить из числа верных своих, кого скажешь, того и примем!» Но не пожелал слушать их сюзерен. Сказал: «Покуда костлявая не забрала меня, не бывать другому на моём троне, а как смерть моя придёт — так сами меж собой и решите». И отправился в свои палаты пировать да вино пить.