Пока мы осторожно брели через лес, секвой вокруг становилось всё больше, а других деревьев — меньше: лесные гиганты в прямом смысле удушали своей корневой системой конкурентов. В итоге создавалось впечатление этакого циклопического колонного зала, под сводами которого спрятался целый мир, и кое-где рос «маленький», то есть нормальный лес. Сюда бы чёрных чешуйчатых коровок из Лида, чтобы они весь подлесок сожрали, а траву как по линейке «подстригали» — и будет не хуже, чем в лесозащитной полосе вокруг Эрста. Кажется, я теперь знаю, откуда Повелители Жизни сперли идею этой самой полосы. В общем, шли мы и шли… а потом оказалось, что над нами уже простирается освоенный и обжитый людьми «второй этаж».
[*На самом деле, почти все секвойи произрастают в штате Калифорния, США. Арн как всегда «отлично» помнит земную ботанику и географию.]
О восхождении — язык не поворачивается назвать этот процесс просто подъёмом — надо рассказывать отдельно. Причем лучше Милане — у неё талант к воспроизведению эпических историй о подвигах. Даже я испытал некоторые трудности — что говорить об обычных людях. Уже почти полноценно-Тёмный Баюн тоже запыхался и тихонько матерился сквозь зубы, переползая с грузом с лестницы на лестницу. С одной раскачивающейся веревочной лестницы на другую, на высоте десять метров и без всякой страховки. Таких вот переходов было три штуки — примерно через каждые пять метров: слишком длинная лестница теряла прочность и надёжность. Кстати, чтобы подтянуть и скатать каждый марш, спускаться было не надо: помогали специальные канаты, уходящие куда-то вверх. Идеально подходящие по цвету к коре секвойи канаты, как, собственно, и элементы самой лестницы. Даже спущенную уже с пяти метров хрен разглядишь. Тот же самый принцип многократной страховки, что и в Ключах, только на свой лад. Чёрт, наконец-то долезли!
— Приветствую, соседушки! — молодой парень во все тридцать два улыбался взобравшемуся первым одновременно красному и бледному Баюну. — Вот уж не ждали так не ждали!
— Это Ёж. Рядовой Ёж, — представил мне переставшего лыбиться Рубежника сержант и теперь уже кивнул в мою сторону. — Наш лейтенант ярл Огонёк.
— Обосраться как серьёзно, — по-моему, у этого типа язык работал быстрее мозгов. — Ой, то есть здравия желаю товарищ лейтенант!
— Ну здравствуй, гордая птица, — миролюбиво кивнул я залётчику из чужого десятка.
— Почему это птица? — ну разумеется, не удержался он от недоуменного вопроса.
— Пока не пнёшь — не полетит, — вот теперь улыбнулся и я ему. — Знаешь, как мамаши-птицы учат летать птенцов?