— Хватит ходить кругами, — отрезала она, глядя гостю в глаза.
Алерик подобрался, и его расслабленная осанка мгновенно сменилась строгой выправкой. Он будто нащупал внутри себя нужную формулировку и произнёс, не отводя лица от Марвы:
— Лорд Ренальд умер.
Поленья в печи треснули так резко, что я невольно вздрогнула. Я никогда не видела этого человека, но в ту же секунду перевела взгляд на наставницу.
Марва внешне осталась невозмутимой, но я уже смотрела на неё глазами медика: дыхание стало частым и поверхностным, с лица стремительно сошла краска, а губы заметно побледнели.
— Когда это произошло? — едва слышно спросила она.
— Две недели назад, — в том же тоне ответил Алерик.
Марва долго молчала у печи, а потом горько, невесело усмехнулась:
— От чего же?
— Сердце, — коротко обронил управляющий.
— Надо же, — наставница качнула головой, словно видела перед собой не стену, а давнюю, упрямо не желающую исчезать тень. — А я всю жизнь полагала, что у лорда Ренальда напрочь отсутствует сердце.
Даже суровый Алерик едва заметно улыбнулся, оценив её привычную язвительность, которая сейчас явно служила защитой от боли:
— В Совете многие придерживались схожего мнения, — сдержанно поддержал её управляющий.
Я наблюдала за ними. Имя покойного лорда меняло их лица слишком заметно, чтобы это можно было счесть случайностью.
— Простите, милорд, — мягко обратилась я к Алерику, стараясь правильно выговорить непривычный титул. — А кем именно вам приходился лорд Ренальд?
Алерик повернулся ко мне, оценив мою сдержанность, и его тон стал более деловым:
— Он возглавлял Дом Арденваль более сорока лет и входил в тройку влиятельнейших фигур Федерации, — пояснил управляющий. — Я был его правой рукой два десятилетия, вплоть до последнего часа.
— А с Марвой они были знакомы?
— К великому моему сожалению, и мы с ним были знакомы, — буркнула наставница, сердито потирая переносицу.
— Они постоянно и с упоением спорили по любому поводу, — повернувшись ко мне, чуть мягче сказал управляющий. — Лорд Ренальд был невероятно упрямым человеком.
— Чудовищно упрям, — буркнула наставница.
Жест длился долю секунды, но профессиональная привычка уже отмечала частое поверхностное дыхание, сероватую тень вокруг губ и напряжение в плечах. Марва почти сразу поймала мой слишком пристальный взгляд и едва заметно качнула головой, призывая меня к молчанию. Но я не могла позволить ей рисковать собой, пусть даже из гордости перед гостем.
— Марва. — Я решительно перехватила её кружку и отодвинула в сторону. — Прямо сейчас. Дыши медленно, не через силу. Воду — потом. Сначала я должна понять, что с тобой.