К утру дождь перестал, но город ещё блестел после ночной сырости. Гавань гудела так, будто ночь и не наступала: к причалам встали два торговых судна, грузчики перекликались у трапов, мокрые канаты тянулись по доскам тёмными змеями. Почтовый служащий под маленьким навесом принимал письма молча, не поднимая глаз от списков.
Я передала конверт почтовому служащему. Он положил его в общий кожаный баул между чужими просьбами, счетами и семейными новостями, стянул ремень и щёлкнул пряжкой. Звук вышел коротким, окончательным. Теперь письмо лежало среди другой почты — и вместе с ней должно было уйти дальше, к человеку, который мог ответить на мои вопросы.
Глава 18
Часть 1. Письмо с двойным дном
Весна окончательно вступила в свои права. По утрам в открытое окно тянуло мокрым песком, солью и распускающимся садом; старые яблони Марвы покрывались свежей листвой, а чайки над гаванью кричали так настойчиво, словно весь Вальгард держался на их распоряжениях.
Письмо от Алерика пришло на девятый день. Для обычной почты после зимы это было бы почти чудом: дожди размывали дороги, почтовые люди задерживались в трактирах, и мои собственные письма нередко добирались до Бергарда почти две недели. Но Алерик, когда мог, пользовался магической доставкой через арденвальский канал. Такая почта не требовала ни курьера, ни дороги: конверты просто появлялись в ящике — чуть тёплые, с нетронутым сургучом, будто расстояние между Вальгардом и Бергардом исчезало на время доставки. В отличие от кожаных пакетов, которые курьеры рода оставляли у калитки, магические письма никогда не висели на заборе и не промокали под дождём.
Увидев в ящике знакомый плотный конверт с застывшим сургучом, я почувствовала затаённое облегчение. Послание выглядело буднично, однако едва я сжала его в пальцах, как сразу уловила разницу: листов внутри оказалось заметно больше, а сама бумага ощущалась тяжелее предыдущих весточек.
Я вернулась на кухню, поставила чайник на очаг и опустилась на деревянный стул. Поддев ногтем печать, развернула послание: внутри лежало три исписанных листа. Прежде Алерик никогда не позволял себе столь подробных разборов.
Я скользнула глазами по первым строкам, перевела дыхание и заставила себя читать вдумчиво, не перескакивая через слова:
«Леди Сэрин.
Ответ на ваш главный вопрос — положительный. Дар действительно способен трансформироваться со временем, в особенности после пережитых человеком сильных физических или эмоциональных потрясений. В ситуациях, когда изначальный источник отличался нестабильностью или развивался неравномерно, подобные изменения выглядят абсолютно закономерными.