— Ничего себе размах, — пробормотала я, наблюдая за слаженными действиями всадников.
Марва ответила лишь презрительным фырканьем:
— Для него это ещё весьма скромный выезд, поверь на слово.
Из лакированного нутра экипажа на землю ступил мужчина лет сорока пяти — породистый, подтянутый, с чёткими скулами, прямой выправкой и спокойным взглядом человека, привыкшего отдавать приказы. Тёмный дорожный плащ, начищенные сапоги и перчатки подчёркивали его сдержанную элегантность, но кабинетным чиновником он не казался: в нём чувствовались выносливость, сила и привычка держать ситуацию под контролем.
Незнакомец сделал несколько размеренных шагов к крыльцу, безошибочно выделил Марву среди нас и обозначил усмешку одними уголками губ:
— Здравствуй, Марва. Столько лет прошло.
— Не могу сказать, что искренне рада этой встрече, — отчеканила наставница, даже не шелохнувшись навстречу.
— А я, признаться, успел соскучиться, — гость спокойно поднялся по ступеням, остановившись перед нами без лишних церемоний.
— Лжец. — Марва скрестила руки на груди, но прогнать его не попыталась, что само по себе выглядело из рук вон плохо.
— Совсем немного, — мужчина чуть наклонил голову.
Я следила за ними, кожей ощущая давнюю, непростую историю, которая связывала этих двоих.
— Ты заметно сдал и постарел, — безжалостно припечатала Марва, бегло отметив благородную седину на его висках.
— Ты, впрочем, тоже не молодеешь.
— Я хотя бы делаю это достойно, в отличие от некоторых.
— В твоём достоинстве я никогда не смел сомневаться, — незнакомец снова сдержанно улыбнулся.
На долю секунды мне показалось, что наставница от такой дерзости выплеснет остатки травяного отвара прямо ему на начищенные носки сапог, но она лишь устало отступила вглубь прихожей, будто спорить у порога уже не было смысла:
— Заходи уже в тепло, раз приехал и переполошил весь квартал.
Мужчина кивнул, а затем задержался на мне чуть дольше, чем позволяла вежливость. Брови едва дрогнули — и мне сразу захотелось выпрямиться, словно перед строгим экзаменатором. Судя по этой почти незаметной реакции, увиденное вызвало у него неподдельный интерес.
— Значит, это и есть Сэрин, — тихо произнёс он.
— А вы, полагаю, тот самый гость, которого Марва меньше всего мечтала увидеть на своём пороге, — сказала я, упрямо расправив плечи и удерживая спокойный тон.
Мужчина усмехнулся, явно не ожидая от провинциальной ученицы столь прямого вызова:
— Алерик Вейн, — с лёгким поклоном представился он.
— Сэрин, — представилась я, спокойно выдержав его изучающее внимание.
Марва позади меня страдальчески поморщилась и провела ладонью по лицу: