В минуту они, конечно, не уложились, так что пришлось подключить к бейбутовской правой мою левую — всего разок. После этого гостей Катерины мы уже буквально на пинках вынесли на лестничную площадку, следом отправив их одежду и обувь.
— Кать, они вообще-то нормальные… Наверное, просто лишнего выпили, — оправдывается Ирка, которая, как я и понял, по просьбе хозяйки привела этих двоих, чтобы вызвать у Жеки ревность.
Сидим, пьём чай, беседуем. Ира… хоть ей и стыдно, но выпитое уже даёт о себе знать: смеётся над моими шутками и попутно строит мне глазки. Вот ведь пластичная психика у девушки!
Бейбут же сидит насупленный. Катя его тормошит, гладит по стриженой башке и что-то выспрашивает — прямо как заботливая мама первоклашку после первого дня в школе.
Вот чем он баб и берёт! У любой сразу просыпается материнский инстинкт и желание утешить этого милого мальчика.
— Ладно, девчата, нам пора. Приятно было пообщаться. Извините, что не сдержались. Если будут проблемы… ну вдруг — вот мой номер. Вечером звоните, это домашний телефон.
— Трубка у него беспроводная, — зачем-то с гордым видом добавляет Бейбут.
Он вообще способен похвастаться чем угодно. Вот, например, чужим телефоном. Хотя, если телефон у друга, значит, немного и его тоже. А раз так — повод для гордости имеется.
Зачем дал номер? Да знаю я таких типов: сегодня огребли, завтра взыграет уязвлённая гордость, и они решат сорвать злость на тех, кто послабее. Ирку мне, если честно, не особо жалко — сама привела этих оленей в квартиру. А вот за Катю я отвечаю лично. Тем более что эти двое знают её адрес.
Прощаемся и выходим на лестничную площадку. Второй этаж, лифт не вызываем. Не настолько ещё деградировали, чтобы со второго на первый на лифте спускаться… Хотя пару таких уникумов я в жизни знал.
На улице нас уже встречают. Правда, без хлеба-соли. Прямо у подъезда — обиженная парочка и двое ментов-сержантов: один совсем зелёный, второй — под полтос, с пробегом, так сказать. Младший и старший. Это я про звания.
Чуть поодаль стоит милицейский бобик, а в нём сидит ещё один — старлей. Похоже, главный в этой компании.
— Ваши документы, молодые люди? — не представляясь, спрашивает один из ментов. За его спиной я вижу ухмыляющегося Игоря.
И кто у нас папа, Игорёк? Может, зря я не уточнил? Сейчас бы с ним и поговорили.
— А ваши? — в ответ интересуюсь я.
— Формы не видишь? — огрызнулся тот, что «с пробегом».
— Вижу, — киваю. — Только на форме фамилии не написаны. На кого жалобу-то писать, если вы даже представиться не соизволили? И заодно — причину проверки документов озвучьте. А то как-то несолидно получается, товарищи сержанты.