Я резко торможу и с шипением одергиваю возмущающуюся Настю. Потому что в маникюрном зале замечаю перекаченную фигуру фитнес-хлебушка.
Вряд ли Глебасик настолько себя любит, что даже в Пересвете побежал делать маникюр.
— Не ори! Ты зачем своему братцу сказала, что мы здесь?
— Сдурела что ли? — сначала непонимающе рычит подруга, а потом замечает своего братца и быстро идет к нему. — Опачки, какие люди! Глеб, ты решил выгулять свою силиконовую выхухоль?
Катя зычно матерится, но быстро берет себя в руки и делает вид, что рада нас видеть. Вытаскивает недосушенные коготки из лампы и целует воздух рядом с моей щекой. С Настей такой фокус она, предусмотрительно, решает не инициировать.
А еще Катя решает показать всем насколько я плохая подруга.
— Алёна, дорогая, почему ты не сказала мне про приём? Бросила меня, подружка? Если бы не Глебушка… — она жеманничает перед ним, смахнув невидимую пылинку с его свитера, и садится обратно к недовольному мастеру.
— Если бы ты позвонила мне или приехала в отель, то узнала бы всё сама, — любезно бросаю в Катю шпильку. — Нас уже мастера ждут. Увидимся вечером.
Я намеренно не спрашиваю, как она доберется или где будет переодеваться. Её вещи остались в моем номере, но вечерних платьев там нет.
Да, я, пожалуй, мстительная сучка, но Катька даже не извинилась за вчерашнее и не поинтересовалась, где я.
Зато в салон побежала, сверкая пятками.
— Как же меня бесит эта твоя Дурницея, — тянет Настюшка.
— Кто?
— Капец, ты, конечно, древняя. Дурницея — это наша необремененная интеллектом выхухоль. Мисс Кейт Шнобель.
— А выглядишь приличным человеком, — ухмыляюсь я, ловя в зеркале веселый взгляд моего мастера.
— Это ещё почему? — скалится она. — Сойдет за комплимент. Знание сленга нынче в почете, старушка ты моя. И, кстати, прошу обратить внимание, что я этой овце выбрала ещё самое безобидное имечко.
— Конечно, конечно. Ты, главное, с Дениской уж будь поласковее. Пораньше поедем, надеюсь перехватим его.
— Да я всё ещё надеюсь, что этот козлик не станет так мелочно мстить. Я бы на его месте вообще за предыдущие дни камеры не смотрела.
— Вдруг парень заядлый эстет, а ты его говняшей обозвала, — хохочу я.
— А она не может жить без приключений. Задница чересчур вертлявая, — вклинивается в наш разговор ехидный голос Глебасика.
И чего ему рядом со своей «правой палочкой Твикс» не стоялось? Лучше бы помог своей даме сердца и члена определиться с цветом когтей, а не сюда топал — уши греть.
Я из-под ресниц наблюдаю за очередной пикировкой Насти и её брата, украдкой его разглядывая. Красивый, зараза, пока рот не откроет.