Автомобиль на секунду дергается.
— Что ты меня позоришь перед людьми своим слэнгом, дочь? — строго выговаривает Дмитрий Дзержинский, едва сдерживая смех. — Мама же хочет как лучше.
— Вот сами с ним и разбирайтесь! У меня уже есть любимый мужчина, и ты его прекрасно знаешь.
— Ден что ли? — уже не стесняясь ржёт отец, паркуясь на территории местного отеля. — Это не совсем тот… кх-м… мужчина, которого нам с матерью хотелось бы видеть рядом с тобой.
— Зато носки не разбрасывает и не воняет, — сдерживая улыбку, я тычу пальцем в затылок мажора: —Так откуда ты его знаешь, пап?
— Не расскажу. А как познакомились вы, ребятушки?
— На центральной площади. Вместе ёлку воровали. Настя, нам пора! — бормочу я, хватая опешившую девушку, с интересом наблюдающую за нашей перепалкой.
— Брысь отсюда! — усмехается отец и, не прощаясь, срывается с места, увозя с собой Глебасика.
Ну ничего, завтра расспрошу его с пристрастием откуда он знает это охранное дарование, и что их может объединять. Настю пытать бесполезно, она, как и я, судя по всему, сама в шоке.
— Это конечно всё здорово, но, во-первых, зачем ты тащишь меня к себе в гостиницу? Хотя я и не против, — скалится эта ожившая звезда, пока мы идем коридорами до моего номера. — А во-вторых, что будем делать с этим козлом?
— Не знаю, мать… может пронесет? Зачем ему просматривать камеры за весь день? Я бы не стала.
— Только на это и уповаю. Что за Денис?
Непонимающе смотрю на Настю.
— В смысле? Какой Денис?
— Ну, Ден! Денис! Я, если что, на тесное знакомство с твоим мужиком не подписывалась, — с ехидной улыбочкой выдает Настька.
— Извращенка малолетняя! — подхватываю её веселое настроение. — Он у меня горячий парень. Сомневаюсь, что на ногах устоишь.
— И кто тут извращенка? — напряженно спрашивает она, пока я отпираю входную дверь.
Ехидно скалюсь. Уж точно не я…
А вот Настюху сейчас ждет сюрприз, большой такой сюрприз.
— Ден, я дома! — кричу в темноту, нащупывая выключатель.
— А-а-а, — воздух рассекает пронзительный визг Насти. — Убери его!
— Денду, фу! — я отдаю абсолютно бесполезную команду, несущемуся лохматому комку собачей радости.
Малыш, как всегда, игнорирует мои команды и продолжает нестись к испуганной девушке, которую я быстро отодвигаю себе за спину.
Зажмуриваюсь и жду, что нас обеих сейчас повалят на пол, но, к счастью, этого, не происходит. Ден тормозит в нескольких сантиметрах от моих сапог и несильно подпрыгивает вверх, скользя лапами по пуховику. Скучал мой хороший.
— Я боюсь собак! — убедившись, что ей ничего не угрожает, великий художник выглядывает из-под моего плеча, и с испугом смотрит на мелкого.