Государь прикрыл глаза, выдохнул сквозь стиснутые зубы. Пытаясь успокоиться, совладать с разъедающей душу тревогой.

— Государь, не изводите себя так, — шепнул вдруг над самым ухом вкрадчивый голос. — Эти смертные не стоят ваших переживаний. Помните, вы — высшее существо, как и мы, наделенное силой свыше. Только ваша воля вершит судьбы мира.

Император обернулся. То был китайский посол Юйчэн собственной персоной. Он смотрел на монарха с тенью печали во взоре. Проникновенно, с тихой мудростью.

— Дракон, свернувшийся в пещере, не ведает о метаниях букашек в траве, — промолвил Юйчэн, поправляя свою расшитую драконами накидку. — Пусть букашки кусают друг друга, рвут на части — это их удел. А у дракона — иная стезя.

Император невольно усмехнулся. Ох уж эти китайцы, мастера говорить загадками!

Но Юйчэн будто прочитал его мысли. Склонился ближе, прошелестел еле слышно:

— Не мешайте течению реки, Ваше Величество. Даже если на ее пути — бурелом и пороги. Вода сама проложит себе дорогу — так, как начертано Дао. И обретет истинную гармонию.

Император ничего ему не ответил и уже снова смотрел на арену. А посол выпрямился и чинно проследовал на свое место. Сел, сложил руки на коленях, погрузился в созерцание. Ну чисто бронзовая статуя, а не живой человек!

Тем временем в центре управления защитой царила форменная истерия. Отовсюду неслись испуганные крики, вопли, какофония сигналов тревоги.

Десятки операторов метались меж терминалов, сшибая друг друга. Тыкали дрожащими пальцами в мерцающие экраны, с ужасом взирая на быстро меняющиеся показания. Те буквально зашкаливали, грозя вот-вот опрокинуть систему к чертовой бабушке!

— Два миллиарда джоулей и все растет! — надрывался главный инженер, ожесточенно молотя по клавиатуре. — Такого просто не может быть! При теоретическом максимуме в триста лямов!

— А я что говорил? — заорал в ответ его зам, багровея лицом. — Говорил же, эти сопляки Арену по кирпичику разнесут! Без вариантов!

В рубке повисла гнетущая тишина. Все как по команде уставились на огромное табло, демонстрирующее нынешнее состояние защитного поля.

Оно беспрестанно мигало красным, брызгало искрами. И каждый всплеск сопровождался тревожным гудением. Защитка буквально трещала по швам, норовя вот-вот лопнуть словно мыльный пузырь! Всей чудовищной мощи, всех ухищрений инженеров не хватало, чтобы унять эту дьявольскую вибрацию!

— Резерв к чертям весь слили, а толку? — зам схватился за голову, рвал на себе волосы. — Да что ж они творят, ироды? Никаких материалов не напасешься!

Тут бронированную дверь рубки озарила красная лампочка. Замигала, зазмеилась, подавая сигнал о прибытии кого-то очень важного.