— Куда? А ну стоять, изменник! — раздалось вслед. Генерал-губернатор Горовой, сбросив оцепенение, кинулся за беглецом. На ходу грозил кулаком, брызгал слюной: — Сто-о-о-о-о-о-о-о-ой! Я тебя самолично арестую за посягательство на Систему Безопасности!

— Да подавись ты своей безопасностью! — огрызнулся через плечо князь, не сбавляя шага. — Мое дитя там, на Арене, в опасности! Плевал я на твою систему и тебя лично!

— А ну стоять, вы оба! — взревел Александр V что было мочи. Поднялся во весь свой немалый рост, до боли стиснул кулаки.

Но куда там! Разве расслышишь что-либо за истошным визгом толпы? За скрежетом бронестекол, за треском проседающего защитного купола? Оба князя уже были далеко.

Государь не мог сейчас уйти — на его плечах лежала огромная нагрузка по поддержания покрова в рабочем состоянии.

Император разгневанно смотрел вслед беглецам. Охрана замерла в нерешительности, переминаясь с ноги на ногу. То ли броситься вдогонку, пресечь безобразие на корню… То ли остаться на постах, как и велит устав…

Горовой и Соколов неслись по ступенькам, распихивая с пути ошалевших от ужаса зрителей. Те шарахались в стороны, вопили, тыкали в аристократов пальцами. Кто-то даже принялся снимать потасовку на смартфон. Надо думать, уже через минуту видео разлетится по всем соцсетям Синегорья…

А с Арены уже доносились отчаянные вопли, звон бьющегося стекла, грохот ударов. Там явно творилось нечто невообразимое! И закипал новый виток кошмара.

— Дмитрий! — властно воззвал Государь, поворачиваясь к князю Кривотолкову. — Умоляю, нагони этих безумцев! Образумь, пока не поздно!

Кривотолков приоткрыл один глаз, сбрасывая дремоту. Встал, качая седой головой и ответил с горечью:

— Ваше Величество, вы же знаете — моя сила слишком разрушительна, чтобы применять ее при таком скоплении народа. Боюсь, вместо усмирения спорщиков, снесу к чертям собачьим половину стадиона…

Он помолчал, теребя трость. И добавил устало:

— Но, воля ваша, попробую их вразумить. Все, что в моих силах — сделаю непременно. Не извольте беспокоиться, Государь.

Поднявшись, князь быстрым шагом двинулся прочь. Стук его трости по мраморным плитам затерялся в общем гвалте.

Император проводил Кривотолкова напряженным взглядом. Лицо его окаменело, губы сжались в тонкую линию.

О, как бы он хотел сейчас сорваться с места, ринуться вниз, на Арену! Успокоить детишек собственноручно, без лишних слов!

Но нельзя… Бой должен продолжаться. Так… надо.

Если защитное поле рухнет окончательно — тогда все, приплыли… Только Император сможет своей силой удержать разрушительную стихию и защитить подданных.