Ещё один удар — теперь уже в грудь. Крам попытался блокировать, но клинок Ворна прорезал его защиту, вонзившись глубоко в плоть.

Враг пошатнулся. Его меч выпал из ослабевших пальцев, глухо ударившись о мраморный пол. Крам посмотрел на Ворна — в его глазах читались удивление и ярость, но уже без прежней уверенности.

— Ты… — прошептал он, но слова оборвались хрипом.

Ворн выдернул клинок. Крам рухнул на пол, его тело содрогнулось в последний раз, а затем застыло.

Зал погрузился в тишину. Лишь дыхание Ворна нарушало её — тяжёлое, прерывистое. Он стоял над телом врага, сжимая окровавленный кукри. Рана на плече пульсировала болью, но он не обращал на неё внимания.

Влади‑мир на троне медленно поднял брови, его губы растянулись в холодной, почти ленивой улыбке.

— Неплохо, мальчик. Ты удивил меня.

Гордей молча кивнул. Его взгляд, холодный и непроницаемый, скользнул по Ворну, затем по Лине, задержавшись на мгновение дольше, чем требовалось.

— Знаешь, что ты натворил, мальчик? — Влади‑мир развалился на троне, словно сытый хищник, наслаждающийся моментом. — Только что ты убил наместника своей империи. Забавно, да?

— Наместника? — Ворн нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное. — Вы хотели Крама посадить на трон?

— О нет, что ты. С этого пса хватило бы и вот этого кресла, — Влади‑мир лениво указал на резное кресло, в котором восседал Гордей. — А для трона он кровью не годился.

— Так значит, все эти страшные байки про истинную кровь императора правдивы? Но… тогда… — Ворн запнулся, подбирая слова.

— Как я тут сижу? — Император чуть подался вперёд, его глаза вспыхнули. — Просто, как видишь. — Он хищно улыбнулся, и в этот миг его лицо изменилось: черты стали резче, словно выточенные из камня высочайшей породы. Голос, прежде насмешливый, вдруг наполнился нечеловеческой мощью, раскатился по залу, давя аурой и силой звука: — Я и есть истинный правитель всех этих земель!

Ворн поморщился, но не упал на колени, как это случалось с теми, кто слышал истинное проявление силы Влади‑мира. Он лишь скривил лицо, будто от лёгкого дискомфорта. А Лина… она даже глазом не моргнула. Всё это время девушка стояла чуть в стороне — недвижимая, молчаливая. И сейчас смотрела прямо, без тени страха.

Император насторожился. Его тело напряглось, словно у зверя перед атакой. Воздух перед ним задрожал, а вокруг ладоней начали появляться мелкие тёмные крупицы. Они двигались, набирая скорость, уплотнялись, формируясь в зловещий вихрь.

— Ты думаешь, что можешь противостоять мне? — прошипел Влади‑мир, и вихрь рванулся вперёд, целясь в Лину.