— Абсолютно! — в голосе парня слышался смех, но нервный, немного дрожащий.

— Ох… — присел Проф, выпучив глаза, стоило ему только разглядеть виновницу переполоха. — З‑з‑здрасте… Его массивное тело слегка дрогнуло.

— Ага, и она приветствует тебя, — усмехнулся Ворн. — Не бойся, иди ближе. Посмотри, вот тут, — указал он. — Эти края нужно отогнуть, и тогда можно снять с неё эту цацку. — Его голос звучал ободряюще.

— Вам может там помочь? — не выдержал Кирилл, стоя на перроне.

Дверь в бункер по‑прежнему оставалась раскрытой, и свет заливал всю площадку и часть железнодорожных путей. Его фигура выделялась на фоне тусклого освещения.

Провозились почти час, но железное украшение с Мии всё же удалось стянуть. Проф обработал ей раны вонючей, но лечебной мазью, аккуратно нанося её на повреждённые участки чешуи.

— Ну всё, красотулька, — погладил её Проф. — До свадьбы заживёт. — Его грубоватые пальцы двигались удивительно бережно.

— Ашши идёт. Он несёт мне еду, — в голове Ворна, и, судя по лицу девочки, то в её голове тоже прозвучали радостные слова самочки пищанника. Голос Мии звучал взволнованно.

— Мия, ты ему передай, что мы не еда и нас кушать не нужно, — обеспокоенно произнёс Ворн, невольно сжимая кулаки.

— Это вы о чём? — тут же напрягся Кирилл, его пальцы инстинктивно потянулись к оружию.

— Да так, мелочи жизни, — Ворн потёр переносицу, пытаясь собраться с мыслями. — К нам тут ещё один пищанник приближается. — Его голос звучал слегка натянуто.

— Какая прелесть, — снова позеленел Гобла, который только недавно приобрёл более‑менее нормальный цвет лица. — Я так люблю пищанников, — громко сглотнул он, его глаза нервно бегали по сторонам.

— Ашши знает, что вы не еда. Вы помогли мне. Ашши благодарен. Часть еды он отдаст вам, — спокойно ответила Мия, слегка приподнимая голову.

С противоположной стороны тоннеля послышался звук, словно ветер играет опавшими листьями, разметая кучи, собранные дворниками. На свет выполз здоровенный, гораздо больше Мии, пищанник с чёрной как смоль чешуёй. В пасти он сжимал тело, похожее на собачье, только без шерсти. Тушка безвольно болталась — видимо, уже была мертва. Его движения были плавными, но угрожающими.

— У‑у‑ух… — нервно выдохнул Борг, увидев этого монстра. Его колени слегка подогнулись.

В отличие от людей, мрякул спокойно лежал на краю перрона и неторопливо вылизывал себе бок, словно вокруг не происходило ничего примечательного. Его движения были размеренными, почти медитативными, а взгляд — отстранённым, будто весь этот хаос его совершенно не касался. Рядом, нахохлившись и прижавшись к тёплому боку зверя, сидел Гамлет. Ворон нервно озирался по сторонам, его перья вздыбились, а клюв то и дело приоткрывался, будто он собирался каркнуть, но тут же передумывал. Ворону явно не нравилось происходящее: запах змеиной чешуи, напряжённые голоса людей, неясная угроза, таящаяся в темноте тоннеля. Он даже не каркал — лишь тихо пощёлкивал клювом, словно отсчитывая секунды до возможной опасности. Видимо, он тоже боялся привлечь внимание змея и потому искал защиты у своего крылатого товарища, который, казалось, пребывал в полнейшем безразличии к тому, кто приполз и что принёс.