Переписав все символы, мальчик направился к столу, заваленному книгами и разными документами, судя по всему, собранными со всего этого этажа. А может, и не только этого. Мальчик приметил в этой свалке макулатуры множество технических инструкций к разным приборам, как к бытовым, так и к не очень. Создалось такое впечатление, что эти умники нашли архив по тех-инструкциям на всё, что только имелось в этом бункере, и приволокли весь этот хлам сюда в надежде, что оно поможет понять, что это за странное устройство и как им управлять. Глупцы. Мысленно посмеиваясь, он начал что-то усердно чертить, бормоча себе под нос несвязные формулы и якобы расчёты… Время от времени то один кардинал, то другой пытался заставить Ворна объяснить свои записи, но Кирилл словно коршун нависал над юношей, не позволяя никому вмешиваться в его работу.

— Ты понял, что это за штука, юноша? — наконец не выдержал Арак, грубо оттеснив Кирилла. Его лицо побагровело от гнева, а голос дрожал от ярости. — Говори немедленно, или у Шагира на одного Знающего станет меньше!

Борг напрягся, его рука невольно скользнула к карману с пистолетом. Холодная тяжесть металла придавала уверенности, но он понимал — любое неосторожное движение может спровоцировать бойню.

— Ты перегибаешь палку, брат, — тут же вступился за подростка Кирилл, его голос звучал твёрдо и уверенно. — Мальчик работает усердно, и я уверен, что за это время он уже сделал больше, чем твои знатоки за месяцы бесплодных попыток.

— Так пусть докажет! — рявкнул Арак, молниеносно выхватив кинжал из-под балахона. Лезвие зловеще блеснуло в тусклом свете ламп. — А иначе…

Договорить он не успел. Мрякул, словно чёрный вихрь, пронёсся через помещение, сметая всё на своём пути. Его мощные лапы ударили Арака, сбивая с ног. Огромный зверь встал лапами ему на грудь, угрожающе рыча и пуская слюну на побелевшее от ужаса лицо. Клыки мрякула блестели в свете ламп, а глаза горели недобрым огнём.

В напряжённой тишине каждый мускул в помещении казался натянутым как струна. Мрякул, не отрывая лап от груди Арака, продолжал угрожающе рычать, его клыки блестели в тусклом свете ламп. Кардинал, побелевший от страха, старался не шевелиться, его губы беззвучно шептали молитвы, а руки судорожно сжимали край балахона.

— Довольно! — внезапно прогремел Кирилл, поднимая руки вверх. Его голос эхом отразился от стен. — Никто здесь не получит преимущества от кровопролития. Ворн, отзови своего зверя!

Мальчик медлил, оценивая ситуацию. Его взгляд скользил по лицам противников, отмечая каждую деталь: как дрожат руки у молодого кардинала, как нервно переступает с ноги на ногу седой, как Полкан, прижавший уши к голове, готов в любой момент броситься на защиту. В его глазах читалась стальная решимость.