— То есть — ваша, моя и Дельвига? — уточнил я.
— То есть — да. И не забывай про уважаемого Петра Николаевича. — Геловани улыбнулся одними уголками рта. — Прямо как д’Артаньян и три мушкетера.
Я не стал интересоваться, кто из нас четверых больше подходит на роль ретивого гасконца. Новость действительно оказалась так себе. И, что куда хуже, ее вполне стоило ожидать. После признания Сумарокова уже готовое выступить единым фронтом «левое» крыло Госсовета снова разделилось на крохотные компании, которые теперь еще и поглядывали друг на друга с опаской, выискивая происки таинственного убийцы. Самое время собрать силы и раздавить инакомыслящих окончательно.
Консерваторы во главе с Горчаковым торжествуют, его величество усиливает жандармерию и вылавливает всех, кто имеет зуб на самодержавие. Угроза открытого мятежа и измены гвардейских полков почти исчезла. С политической точки победа, можно сказать, уже достигнута, а колдун…
Колдун наверняка будет творить свои темные делишки и дальше, но что такое один или даже полдюжины Прорывов в масштабах государства? Вряд ли сильных мира сего так уж сильно беспокоит гибель городового или дюжины работяг. Или даже титулованного аристократа… конечно если он никак не связан с очередной дворцовой интригой.
— Разумеется, мы продолжим расследование, капитан. — Геловани положил руку мне на плечо. — Однако его величество убежден, что сам по себе колдун немногим опаснее очередного сумасшедшего, вообразившего себя Джеком-потрошителем.
— Значит, его величество ошибается, — буркнул я. — Нам все еще готовят какую-то пакость на Велесову ночь.
Что бы ли задумывал наш враг, вряд ли он отказался от своей затеи. И даже гибель или арест большей части ближайших сподвижников заставили его разве что подкорректировать планы, но уж точно не изменить их полностью. За столетия жизни колдун наверняка накопил такой опыт обходных маневров, интриг и предательство, что даже бывший канцлер Горчаков на его фоне оказался бы наивным юнцом.
А теперь они с графиней еще и прижали меня. Пока не сильно, без ультиматума или прямых угроз, но все же достаточно, чтобы я уже не мог поделиться всем этим даже с Геловани и Дельвигом. Придется изображать смиренное послушание и сидеть тихо, пока мы не поймаем колдуна или хотя бы не узнаем его имя.
Но рано или поздно это случится. И в день, когда мерзкий старикашка издохнет, мне придется исчезнуть. Капитан Владимир Волков погибнет, исполняя свой долг… или просто уедет из столицы, чтобы через несколько лет появиться где-нибудь в провинции изрядно заматеревшим и раздавшимся в плечах. Возмужавшим и обросшим густой темной бородой, которая непременно добавит если не возраста, то хотя бы основательности. С новым паспортом без титулов или званий. С новым именем, фамилией и отчеством.