Я иронично хмыкнула:

— А, ну да, столько же лет не виделись… И Гоша… Георгий Викторович — тоже неофициально? Небось с бывшей подружкой помириться приехал?

— Почти.

— Па, всё. В детстве ты обожал рассказывать мне сказки, а я обожала в них верить. Если ты не заметил, я выросла.

— Ладно. Можешь прощупать… нашу спутницу?

— Её бы Верховной показать… — протянула я.

— Потом. Она здесь тоже неофициально. А мне должно за ней присмотреть до поры до времени. Уль, как родня родне, а? Через воздух?

— Уже пробовала, — и посмотрела на него серьёзно. — Я её не чувствую. И даже не могу понять, дышит или нет. Она… будто в коконе щитов.

— Значит?.. — отец напрягся.

— Значит, она важная… и очень уязвимая. Такую защиту сейчас ставить не умеют — сил не хватит. Это прерогатива даже не Верховных — а целого круга Верховных. А их сейчас по всему миру едва ли человек десять, редкая птица. Изначальные почти не рождаются, а артефакт не каждую ведьму делает полноценной Верховной. Эту защиту ставили… стародавние, не иначе. Думаю, девушка очень древняя. И, вероятнее всего… мёртвая. Может, хуфия. Или перерождённая. Или… Не знаю. В общем, не нравится она мне. Как и этот шут-наблюдатель.

— Ты его стерпишь.

— Мне выше крыши хватает одного человека, которого я терплю, — себя.

— Придётся, Ульяна. Потерпишь, — и посмотрел строго.

— Ладно, — буркнула я. Гордость попыталась вякнуть, но получила по шапке и забилась в угол. Послушаюсь её — упущу самое интересное. — Так зачем вы здесь… неофициально? Эта та самая новость?

— Да, дружок. Ты попалась на нехорошей истории, — отец остановился. — На тебе — четверка мёртвых «пауков». И кроличья нора.

— Нора — не моя!.. — возмутилась я, резко повернувшись.

Да, наблюдатели — на то и наблюдатели, чтобы повсюду иметь глаза и всё про всех знать.

— Ты в ней выжила, — объяснил он. — А это… невозможно. И даже мой подарок тебя бы там не спас. Он впитывает силу убойных проклятий, но в кроличьей норе бессилен. Ты теперь… подозрительна.

— И в следующий раз, чтобы не навлекать подозрений, мне нужно сдохнуть? — фыркнула я и пнула кленовый лист. — Па, это же маразм!

— Это подозрительно, — повторил он с нажимом. — Лишь создатель норы может в ней выжить. Да, тебе не хватило бы ни сил, ни знаний, чтобы её сотворить, однако ты можешь быть в доле. Отсюда — и сопротивляемость её силе. Любую ведьму, даже Верховную, затянуло бы в водоворот иномирья. То есть…

— Что? — изумилась я. — Шутишь?

— Отнюдь, — отец смотрел спокойно, но мои плечи сжимал крепко. — Конечно, мы допускаем и второй вариант — подставу. Зачем, Уля?