Чёрт, и так вляпалась…
Ведьмы умеют мириться с тем, что есть,
вместо того чтобы настаивать на том, как должно быть.
Терри Пратчетт «Дамы и Господа»
Я проснулась, обуреваемая нервной жаждой деятельности. Села на кушетке и, игнорируя слабость, рискнула встать. Мир, что приятно, остался на месте. Вместе с тусклым абажуром, пледом и медицинскими шкафами «паука». Зато я… изменилась. Левый бок по-прежнему жутко чесался, заживая, и противно ныл, тянул хандрозно. Я ущипнула себя за левую руку. Больно. Непривычно. И непонятно, радоваться этому или огорчаться.
Разминая онемевшие мышцы, я заходила из угла в угол. Тётя Фиса заблокировала мой тёмный «уголь» сразу после Ночи выбора, чтобы не было соблазна использовать. И когда я злилась, меня корёжило: сила эмоций рвалась к «углю», но он спал — и плохо усваивал, и мало отдавал. Его хватало на пару заклятий, не больше. И постепенно левая половина тела онемела, потеряв чувствительность. А теперь всё вернулось. Я ухитрилась сорвать блок, и вновь засыпать тёмный «уголь» не собирался. Он тлел и грел руку, подпитываясь. И нужно впредь быть осторожнее. Прежде нечувствительность выручала в драках, а теперь… Зато выплеснула накопленное. Но такой ценой…
Вспомнив прощальные слова хуфии, я вздрогнула. Ещё одна охотница на мою голову… Желание найти неизвестную ведьму и избавиться от «тени» поднялось до небес, а вместе с ним — и жажда деятельности. Любой. Но сначала — физиологические потребности. Раздевать меня Арчибальд Дормидонтович постеснялся, зато оставил на тумбочке у кушетки пижаму и полотенце. И под голодное шкворчание желудка я просочилась в душ. Сняла линзы и протерла саднящие глаза. Моргнула и невольно улыбнулась. Блеклая радужка налилась синевой, и глаза снова стали одинаковыми. А тень… серебристой. Жажда жизни и деятельности взлетела выше неба.
…а швы, похоже, пора снимать. Интересно, сейчас ещё ночь, раннее утро или уже вечер? Впрочем, Зойка должна ощущать, что я жива. А опекунша из меня… никудышная и однозадачная. И как обычные люди, не обременённые магией, ухитряются заниматься несколькими делами сразу?.. И, кстати, о задачах. Рассмотрев размытый силуэт новой тени и быстро прокрутив в голове последний разговор, я поняла, почему хуфия такая… неправильная.
После душа я вернулась обратно в комнату и обнаружила на кушетке Жорика. Призрак крайне редко покидал квартиру, и уж если вышел в свет… Я вцепилась в сползающие пижамные штаны и приготовилась защищать свою неуёмную… душу, но Жорик лишь укоризненно покачал головой:
— Уля, ей-богу, в гроб загонишь, походя и не заметя, — и посмотрел сочувственно: — Що, золотко, зовсим погано?