— Нинель Иванович, поработать у меня не желаете? Кадровый голод — страшный. Вот подобное и происходит…
Неожиданно…
Нет, лучше не обнадеживать. Пожалуй, сразу откажусь.
— Спасибо за предложение, Людмила Константиновна. Я больше — отрезать, пришить… Людские головы для меня — вопрос темный и непознанный в достаточной степени, — всё же завилял я как уж на сковородке, хотя и думал однозначно отказаться.
— Подумайте. Вот так сразу не отвечайте…
Молодец. Так и надо. Хороший, наверное, она тут руководитель…
На этом мы и расстались.
— Самовар уж остыл… — посетовал Спиридон Спиридонович. — Пошли.
Надо сказать, до самовара в моем теперешнем виде меня не допустили. Бывший смотритель выдал мне видавшую виды платяную щетку и велел почиститься.
— Неча грязь в дом таскать…
Я был совершенно с ним согласен.
— Куда теперь? — поинтересовался старик у меня после завтрака.
— В губздравотдел.
От моего ответа Спиридона Спиридоновича аж перекосило. Словно одномоментно у него все оставшиеся зубы заломило.
Отношение старого человека к данному учреждение было у него просто на лице написано.
— Козлы… — зашевелил он зло губами.
— Что, козлы? — не понял я.
— Не что, а кто, — получил я пояснение.
Глава 10 Заседание в вятском губздраве
Во как Спиридон Спиридонович губздравотделовцев-то клянет… Из души в душу.
Козлы де они. Самые настоящие.
«Козёл» — здесь очень сильное оскорбление.
Это, почти как бесом назвать.
Пословица даже имеется — «Козел хорош, да на беса похож».
Это дома, где все почти поголовно комсомольцы-атеисты, «козёл» чуть ли не самое обычное обиходное слово. Ну, назовут кого-то «козлом», так, почти походя… Большинство и внимания не обратит, с кулаками на вас не полезет. Козёл и козёл, подумаешь…
Тут же народ в Бога верует, поэтому бранное слово «козёл» совершенно иной вес имеет. Бес де ты, самый настоящий. С хвостом и рогами.
— Козлы там одни. Не ходи к ним, Нинель. Не надо.
Спиридон Спиридонович даже лицом густо покраснел, свою чайную чашку по столу туда-сюда начал двигать. Обидели его в вятском губздравотделе, должности лишили. Может, и не только?
— Вредители они… Как есть, вредители.
Ну, ему виднее. Мне же, однако, в губздрав надо.
— Спасибо, Спиридон Спиридонович, за прием, за ночлег. Пойду дела свои устраивать, — поблагодарил я старика.
— Бог в помощь, — не стал меня задерживать за столом бывший смотритель больничного заведения. Ему уже собираться на своё рабочее место пора, если я правильно из нашего с ним вчерашнего вечернего разговора понял.
Губздрав я нашел быстро. Вятка не велика, всё тут рядышком. Это тебе не Москва или город на Неве.