Сняли.
Ох, хорошо-то как!
Весь я был в какой-то столетней паутине.
Ну, правильно. Если пациенты психиатрической лечебницы, то это ещё не значит, что круглые дураки. Ключи вон украсть они смогли, лечить меня утащили в малопосещаемое место. Почему малопосещаемое? А, паутина об этом свидетельствует. Давно там никого не было, вот и успели пауки там всюду свои ловчие сети раскинуть.
— Извините, пожалуйста. — ко мне подошла очень миловидная на мой взгляд женщина. — Все виновные в этом инциденте будут строго наказаны. Да, я — старший врач Вятской психиатрической лечебницы Громозова Людмила Константиновна.
— Красный, Нинель Иванович, доктор медицины, — представился я на прежний манер. Так мне показалось почему-то правильным.
— Ой, как неудобно! Ещё и коллега! — щечки у Людмилы Константиновны заиграли красненьким. Ушки от них не отставали.
— Ничего страшного. Всё же хорошо завершилось.
Я стоял и улыбался во весь рот с идиотским видом. Весь в пыли, паутине, глазами моргаю. Что-то нехорошее туда всё же попало с грязной тряпки. Руками тереть я пока глаза опасаюсь. Они у меня очень отдаленно стерильные. Ну, пусть слёзки немного там сейчас всё лишнее вымоют…
— Платок возьмите. — заметила мои страдания старший врач.
— Спасибо. Не помещает.
Я промокнул глаза. При этом немного рожи покорчил.
Людмила Константиновна на это даже хихикнула.
— Вот, смешно Вам… А меня чуть там лечить не начали.
Я рассказал доктору-психиатру о чуть-чуть нереализованных задумках её пациентов. Людмила Константиновна нахмурилась.
— Ну я им задам… — это она не о скорбных умом, а в отношении персонала. — Будут знать, как ключи где попало разбрасывать.
— Не браните их строго. Я ещё и сам виноват — придумал по территории лечебницы прогуливаться. Давно здесь не был, вот и потянуло.
В глазах доктора Громозовой профессиональная искорка мелькнула, буквально на секундочку, но я заметил.
— Нет, нет. Не подумайте, чего. Трудился я здесь во времена Спиридона Спиридоновича.
Сам бывший смотритель всю эту картину сейчас наблюдал в стороночке на лавочке посиживая. Потерял он меня скорее всего, разыскивать пошел, а тут шум-гам и цирковое представление. Спасение доктора Нинеля Красного от хитромудрых психиатрических пациентов.
Я указал Людмиле Константиновне глазами на упомянутого.
— Доброе утро, Спиридон Спиридонович, — сказано это было старику как старому хорошему знакомому.
— Доброе утро, Людмила Константиновна. Могу я доктора в свои палестины забрать?
— Да, конечно.
Это было произнесено для отставного смотрителя больничного заведения. Мне же прилетел неожиданный вопрос.