Я не знал, что и думать.
Бомбят. Кто? Причем, не только наши города.
Глава 12 Война — войной, а обед — по расписанию
В который раз я уже замечаю, что люди здесь совсем не глупее тех, что меня дома окружали. Не менее сообразительные, хоть и менее образованные. Ну, а во многих бытовых вопросах ещё и фору дадут тем, среди которых я жил до попадания сюда.
— Кто, напал-то? — только и было слышно справа, слева, впереди и сзади меня.
Не только в моей голове возник такой вопрос после прослушивания сообщения по радио.
— Сказано же — кто-то, — с умным видом изрек стоящий рядом со мной интеллигент. — Кто-то.
На него как на дурачка посмотрели. Что — кто-то, это все слышали.
— Про Париж что-то ничего сказано не было. Про Берлин — было, про Мадрид — было, а про Париж — не сказали, — вращала выпученные глаза тучная баба буквально в метре от меня. Луком ещё от неё тащило неимоверно. Что, она одним им питается? Или — моется в отваре луковой шелухи?
— Тебе-то что до того Парижа? — поддел её худющий мужик в кепке.
Мужики здесь почти все такие, а вот бабы многие… есть за что подержаться.
— Интерес имею, — прозвучало ему в ответ. — Как свободная советская женщина.
Мужик только головой покачал. Сказать ему было нечего.
Меня столица Франции в настоящий момент меньше всего интересовала, а вот что Москву и Нижний бомбили — плохо. Пермь ещё была упомянута, а это тоже — почти рядышком. Так и до Вятки неведомый враг доберётся. Впрочем, здесь и бомбить-то нечего, разве что артели по производству гипсовых изделий и дымковских игрушек. Но, кто его, вражину неведомого, знает, взбредет ему в больную голову и начнет он Вятку бомбами посыпать…
— Летят! Летят! — вдруг заорала опять та же толстущая баба и начала в небо пальцем тыкать.
— Где?
— Кто?
— Откуда летят?
Сразу тут и там раздалось вокруг меня.
Кто сразу куда-то бежать бросился. Кто головы задрал и стоит, в небо пялится. Высмотреть пытается, кто там, где летит.
Я поглядел в направлении, куда любительница лука указывала, но что-то ничего не разглядел. Привиделось ей, наверное.
— Да нет там ничего. — махнул рукой худющий мужик. — Машка! Чего, дура, народ баламутишь? Сама с ума сошла и других сводишь!
Луковая же душа громко визжа уже вниз по бывшей Царевской мчалась. Не дай Бог кому на её дороге стоять… Сшибет — не заметит.
Что делать? Куда идти теперь после таких новостей?
Я один топтался на месте, а люди от столбов с громкоговорителями всё расходились и расходились. У всех сейчас забот полон рот стал, я же — как не пришей кобыле хвост.
В военный комиссариат идти?