Глядя на подол голубого платья, колышущийся вокруг ног, я вспоминала тех призрачных бабочек. И почему-то они пугали меня. Или, скорее всего, его послание.
Неужели это действительно признание в любви от короля? Или он такой же, как и Карим, просто искуснее играет свою роль?
Южная беседка утопала в цветах, чей аромат кружил голову. Здесь было тише, чем в остальном парке; казалось, само время замерло, как и зеркальная гладь пруда неподалёку.
Шана уже ждала меня. Она полулежала на широком мраморном парапете, подставив лицо солнцу. В ярких лучах её кожа отливала жемчугом, а зрачки были сужены в тончайшие нити.
Услышав шаги, она лениво повернула голову и улыбнулась — на сей раз искренне, с каким-то внутренним наслаждением.
— Вы пришли, — Шана мягко поднялась, обвела меня оценивающим взглядом и улыбнулась шире. — Вам очень идёт голубой. У нас этот цвет считается символом «чистого истока». Символом того, что мы потеряли в своём мире.
— Расскажите мне, что случилось с вашим миром? — спросила я. — До людей доходят лишь жалкие обрывки и сплетни.
Она улыбнулась, но в этой улыбке проскользнула грусть. Наши глаза встретились.
— Конечно. Садитесь. Мне было семнадцать лет, когда Карим нашёл способ спасти наш народ… — Она замолчала. — Мы все его боготворили, хоть он и бросил нас почти сразу после перехода. Вы когда-нибудь теряли того, кого любили, Лирана?
Я опустила взгляд. Незажившая рана отозвалась резкой болью.
— Вижу, что теряли. И Карим потерял. Он стал спасителем для всех нас, но лишился семьи при переходе.
Внутри вскипело раздражение.
— Зачем вы меня позвали? Оправдать Карима? Заставить меня полюбить его?
Шана отвела взгляд, пряча свои змеиные глаза.
— Мой брат Кирон сегодня весь день мрачнее тучи, — продолжила она, словно не слыша моих слов. — Говорит, ночью в коридорах дворца пахло так, будто два дьявола решили выяснить, кто из них главнее. А вы знаете, Лирана, что Руна была женой не только Карима, но и Рувима?
Я замерла, до боли сжимая пальцами ткань платья. В горле встал ком. Шана медленно сделала глоток чая, внимательно наблюдая за моей реакцией. Я не знала, что ответить — я ожидала чего угодно, но не такого.
— Как это?
Собственный голос почему-то стал похож на жалкий хрип. В голове вспыхнула картина: Рувим забрал жену Карима. Из-за этого Карим так ненавидит Рувима.
— Вы всё не так поняли, Лирана. В нашем том мире иногда случалось так, что некоторые признавали и принимали нескольких мужчин... ну или женщин.
Последнюю фразу она проговорила как-то очень игриво. Было видно, что эта тема её вообще не смущает, а скорее забавляет и даже возбуждает. Да и вообще весь наш разговор был пугающим и смущающим, видимо, только для меня.