Харри догнал ее у лифта и попросил объяснений.
– Послушай, Харри, это Таиланд, и здесь другие правила. Наш шеф полиции заявил вашей в Осло, что нашел убийцу. Он считает, что это Брекке, и когда я проинформировала его о последних данных расследования, он очень рассердился и заявил, что Брекке останется в камере предварительного заключения до тех пор, пока не предъявит железное алиби.
– Но…
– Надо сохранить лицо, Харри, сохранить лицо. Не забывай о том, что таец никогда не может ошибиться.
– А если все знают, кто совершил ошибку?
– Тогда все постараются сделать так, чтобы это не выглядело ошибкой.
Лиз вошла в лифт, и двери закрылись, прежде чем Харри успел возразить. А он наконец вспомнил, что за песню мурлычет себе под нос. «All Along the Watchtower». Как там начинается? «There must be some way out of here, said the joker to the thief» [29] . Это уж точно.
На пороге квартиры лежало письмо, на конверте стояло имя Руны.
Харри расстегнул рубашку. Пот словно маслом покрывал его грудь и живот. Он попытался вспомнить самого себя в семнадцать лет. Был ли он влюблен? Наверняка.
Он сунул письмо в ящик ночного столика, не распечатывая, поскольку намеревался вернуть его отправителю. И улегся в постель под убаюкивающий гул кондиционера и полумиллиона машин за окном.
Он подумал о Биргитте. Шведке, которую встретил в Австралии: она сказала, что любит его. Что говорил ему Эуне? Что Харри «боится привязываться к другим людям». Последнее, о чем он подумал, – что всякие роды заканчиваются похмельем. И наоборот.
Глава 32
Йенс Брекке выглядел так, будто не спал все это время, с той последней встречи с Харри. Глаза покраснели, руки бесцельно двигались по столу.
– Значит, вы не помните охранника паркинга с афропрической? – задал вопрос Харри.
– Я уже сказал, что не пользуюсь парковкой, – покачал головой Брекке.
– Ну что же, забудем на время об охраннике по имени Джим Лав, – сказал Харри. – Подумаем о том, кто же так стремится засадить вас за решетку.
– Что вы имеете в виду?
– Кто-то очень постарался разрушить ваше алиби.
Йенс в изумлении поднял брови.
– Десятого января кто-то поставил видеокассету от третьего января и сделал новую запись как раз на то время, когда мы должны были бы увидеть машину посла и то, как вы провожаете его на парковку.
Йенс нахмурился.
– Подумайте об этом.
– Следовательно, у меня есть враги?
– Вероятно. Или из вас просто делают козла отпущения.
Йенс почесал затылок:
– Враги? Даже не представляю себе, кто это…
Вдруг он просиял:
– Значит, меня отпустят?
– Прошу прощения, но вы все еще под подозрением.