– Изредка встречаются, – пожал плечами Харри.
Он стоял в коридоре, где они с Лёкеном уже бывали, и смотрел на маленькую круглую дырку в стене. Будто кто-то пытался повесить здесь картину, но так и не сумел. А может, здесь было что-то другое.
Он поднялся в кабинет, пролистал бумаги, включил компьютер, просто так. Выскочил запрос пароля. Харри попытался набрать «МАН Ю». Incorrect. Неверно.
Учтивый язык, этот английский.
«OLD TRAFFORD». Снова неверно.
Последняя попытка – и ему автоматически откажут в доступе. Харри обвел взглядом комнату, словно ища подсказки. Какой пароль он сам использовал? Он хмыкнул. Ну конечно же. Самый распространенный пароль в Норвегии. И он аккуратно набрал слово «PASSWORD» [37] , а потом нажал Еnter.
Компьютер помедлил. Потом монитор погас, и на нем появилось черно-белое и уже не столь учтивое сообщение о том, что доступ ему запрещен.
– Вот черт!
Харри попытался перезапустить компьютер, но экран монитора оставался пуст.
Тогда Харри порылся в бумагах и нашел недавно составленный список акционеров «Пхуриделла». Три процента акций принадлежат новому акционеру «Эллем лимитед». Эллем. В голове у Харри мелькнула безумная мысль, но он тотчас же отбросил ее.
На самом дне ящика он отыскал руководство к телефонному автоответчику. Взглянув на часы, он тяжело вздохнул. Пора начинать читать. Через полчаса он уже был готов прослушать пленку. Голос Клипры говорил в основном по-тайски, но Харри пару раз узнал слово «Пхуриделл». Через три часа все пленки были прослушаны. Разговора с послом в день убийства не оказалось нигде. В день убийства бесед по телефону вообще не было. Харри сунул одну из пленок в карман, выключил автоответчик и, выходя из кабинета, не удержался и пнул компьютер.
Глава 46
Он неважно себя чувствовал. Похороны казались повтором той же программы, только в записи. То же место, тот же пастор, та же урна, то же солнце слепит глаза на выходе, и те же люди стоят на лестнице и растерянно смотрят друг на друга. Почти те же самые. Харри поздоровался с Руалом Борком.
– Это вы нашли их, – только и сказал Борк.
Его живые глаза затуманились, он вообще изменился, будто случившееся еще больше состарило его.
– Да, мы.
– Она была так молода.
Его слова прозвучали как вопрос. Словно Борк ждал объяснений, как же такое могло случиться.
– Жарко, – сказал Харри, чтобы сменить тему.
– А там, где теперь Уве, еще жарче.
Он произнес эти слова небрежно, но в голосе его послышались жесткие, горькие нотки. Он вытер лоб носовым платком.
– Я подумал, что надо все-таки отдохнуть от этой жары. И заказал билеты домой.