— Нет. Выше следа нет. Я чувствую. Паша, а ты не можешь просканировать скалу на предмет секретов?

— Можно. Помогите мне. Дайте оба руки.

Он подошел к скале, закрыл глаза, приложив их ладони к еще теплому после южного дня камню.

Как и все ведуны, Канин носил на руках великое множество артефактов: перстни, кольца, браслеты. Особенность профессии. Ди ощутила легкое покалывание от своего колечка. Канин быстро отпустил их руки, пробежался пальцами по стене сверху вниз, приложил к каменному углублению дужку обручального кольца, и… стена раздвинулась, как створка лифта.

— Древний тайник. Странно, на карте «Артека»-иного ничего подобного не отмечено.

Ворон включил фонарик на инофоне. Ди сделала шаг вперед и снова чуть не упала. Успела удержаться на ногах, но голова мучительно закружилась от бури чувств, бурлящих во взломанной Павлом пещере, словно смола в котле.

Пещера, открывшаяся перед ними, была небольшой. В дальнем ее углу валялись грязные матрасы и какие-то тряпки. Смердящий и удушливый запах отчаянного человеческого присутствия.

Кострище на полу, в центре пещеры, было еще теплым.

Ужас, боль, мучительное унижение, отвращение — след буквально выл человеческими муками. Ди сжала кулаки, закусила губу, ощутив привкус крови. Она вдруг подумала о том, как страшно было томящимся тут мальчишкам. Совсем юным, еще накануне восторженно мечтавшим об учебе, академии, работе, амбициозным и талантливым, влюбленным и любимым. Не хотевшим умирать.

И разозлилась. До такой степени разозлилась, что жалость к себе вместе со слабостью и головокружением слетели разом все, как пыль от ветра.

— Они ушли буквально час назад.

— Да, их увели. Но вот что меня смущает… Паша, ты не видишь никаких следов ритуала?

Он задумчиво покрутил фиолетовый камень на одном из перстней.

— Нет.

— А следа на выход тоже — нет.

— Пропали бесследно?

Ворон, сидя у входа на корточках, внимательно осматривал пол пещеры при свете фонарика.

— Так не бывает. Жалко, что вы оба пернатые, банальный хороший нюхач нам бы совсем не повредил.

— Да. Лер бы точно взял след. А у меня… нос заложен, — прозвучало жалко.

Зря она его вспомнила. Жалость к собственной персоне, только было отступившая, снова нахлынула. И воспоминания о Гуло, таком надежном, таком… Где он сейчас?

Нельзя. Надо встряхнуться. Она резко вышла на воздух, почувствовав невероятное облегчение. Зловонная пещера наваливалась на нее, как черная могила.

Подошла к воде. Присела было, плеснула ее себе в лицо, надеясь немного остыть и смыть проступившие слезы, и вдруг почувствовала след. Тонкий, словно через стену. Влекомая ощущениями, Ди медленно вошла в воду по пояс. Да след был, и он вел по воде.