Сейчас я вспоминаю этот день с улыбкой: я, заливаясь слезами радости, держу договор о безраздельных правах на владение Ателье32 и клянусь Данилу, что в течение пяти лет выплачу ему всю сумму до копейки. На что он, выглядя необычайно серьезным, заявляет, что возвращать ничего не нужно и это его свадебный подарок. Я не сразу поняла, что так он делает мне предложение и промямлила что-то невнятное, вроде, «Ты, что, с ума сошел?».
Мы расписались тихо и без шума, и уже на следующий день в компании Вадима и его девушки улетели на Сицилию.
Забавно, что за шесть лет до этого я держала в голове совершенно иную картину вступления в брак. В ней была неизменная куча гостей — и это при том, что друзей у меня практически не было, пафосный ресторан, в котором мне на деле было бы неуютно, и платье от Веры Вонг — просто потому что платье от Веры Вонг — это модно и статусно. Удивительно, как многого ненужного отваливается, когда начинаешь по-настоящему слышать себя.
— Ладно, ты репетируй дальше, а я быстро прокачусь по шоурумам, — мягко высвободив ладонь из-под руки Данила, я встаю. — Ты уже знаешь, в чем будешь на выступлении? Или выбрать для тебя что-то?
— Ты же мой личный стилист, — Данил залпом осушает кружку. — Надеюсь, твои старания не пройдут даром и половина мест в зале не окажутся пустыми.
— Лебедев, уймись, — саркастично фыркаю я, потрепав его по голове. — Пять тысяч билетов уже проданы. Это будет полный аншлаг, как и всегда.
—
Осторожно отодвинув тяжёлый занавес, я выглядываю в открывшийся просвет и от увиденного по обыкновению покрываюсь мурашками. Море огоньков от телефонов, колышущихся в полумраке зала, отсюда напоминает звёздную пыль, рассыпанную по гигантской чаше.
Не в первый раз наблюдая за шоу из-за кулис, я всякий раз поражаюсь энергии, царящей в зале. Как низкочастотный гул, она взламывает воздух и прокатывается вибрациями по внутренностям.
— Вот это толпа, да? — голос Артёма, концертного менеджера Данила, вклинивается в мои наблюдения.
Я киваю, не оборачиваясь.
— Даня как? В порядке?
— В гримёрке. Настраивается.
Настройка — небольшая медитация, в которую Данил себя погружает перед выходом. Именно поэтому я сейчас здесь, а не рядом с ним в гримерке — чтобы дать ему возможность окончательно слиться с настроением, которое он принесёт своему зрителю.
Музыка, играющая фоном, стихает. Гул толпы обрывается, чтобы уже в следующую секунду стать ещё громче. Свет гаснет полностью, оставляя лишь слабую подсветку пожарных выходов, и одновременно с этим на экранах по бокам сцены вспыхивает надпись: «Данил Лебедев. Сольная программа “Год спустя”».