— Вы оскорбили меня, майор. Я же считаю все произошедшее недоразумением, в котором моей вины нет. Да, это несчастный случай, повлекший перестрелку и смерти солдат. Но, на войне бывает всякое, в том числе и дружественный огонь, приводящий к жертвам. А мы, позвольте напомнить, на войне. И потому, если вы не извинитесь немедленно, то я, как оскорбленная сторона, приму ваш вызов и имею право выбрать оружие, которое решит наш спор кровью одного из нас.

Он хищно усмехнулся, явно уверенный в себе, сказав:

— Что ж, выбирайте. Хоть дуэли и запрещены у нас в Австрии, но я готов скрестить с вами сабли хоть сейчас. Или будем стрелять друг в друга из пистолетов?

Я сделал вид, что задумался. Потом сказал:

— Ну, раз дуэли запрещены, то тогда можно и без сабель и пистолетов обойтись. Не обязательно убивать друг друга. Предлагаю выяснить наши отношения в кулачном бою до первой крови.

Барон удивленно дернул бровями, проговорив:

— Хм, да вы не слишком торопитесь умирать, князь. Шкуру свою бережете? Боитесь, что продырявлю? Но, я и на кулачный бой согласен, лишь бы доказать, что вы неправы!

Австрийские фузилеры и наши разведчики с драгунами с интересом наблюдали за препирательством старших офицеров, предвкушая драку. Не каждый же день солдатам удается увидеть, как старшие офицеры бьют друг другу морды. А Дорохов, который и сам любил подраться, зная толк в подобных поединках по правилам и без правил, даже отошел от раненого в ногу Жиркова и подошел поближе. Встав рядом с виконтом Моравским, он внимательно следил за каждым нашим движением, и кровожадная улыбка играла у него на губах.

Я же ответил майору на немецком:

— Я не свою шкуру берегу, как вы изволили выразиться, а вашу. Вы же командир для своих солдат. И что с ними будет, если я убью вас? Они же без командира останутся!

Он усмехнулся, проговорив с сарказмом:

— Ах, вот оно что! А я было подумал, что если я убью вас, то без командира останутся ваши солдаты, и я возьму их под свое командование.

Я же парировал:

— Не возьмете, потому что у меня в отряде есть заместитель, поручик Дорохов. И он возьмет командование на себя, если что-то случится со мной. У вас же командовать некому. Унтер-офицеры не в счет, а настоящих офицеров австрийской армии, кроме вас, я не вижу.

— Вы такой предусмотрительный, князь, что даже противно. Но, я принимаю к сведению ваши доводы. Они не совсем глупы. Мы, боевые офицеры, обязаны заботиться о солдатах. Потому я и согласился с тем, что между нами будет не дуэль по всем правилам, а простая драка. Только предупреждаю, что я часто бью морды крестьянам и слугам, да и солдатам от меня достается, — ухмыльнулся Вильгельм.