Да и почему не должно сработать с деревенскими увальнями, раз даже французский офицер в прошлый раз распознал подлог лишь в последний момент, уже когда мышеловка, которой стал внутренний двор замка Гельф, захлопнулась? Правда, сейчас перед Дороховым задача стояла другая, разведывательная. Но, что может быть лучше, чем разведка обстановки с помощью расспросов посетителей харчевни, стоящей на перекрестке дорог? И, спешившись, Дорохов решительно направился внутрь заведения вместе с несколькими своими бойцами.
Внутри харчевня приятно удивила Дорохова аккуратным интерьером. Обеденный зал оказался совсем немаленьким. Стены, выкрашенные в белый цвет, выглядели ровно оштукатуренными. А дубовые балки под потолком, на которые опирался пол второго этажа, смотрелись опрятными и крепкими, нетронутыми временем и плесенью. К тому же, в каждом из двух концов зала находились камины. Пусть и не такие большие, как в замке Гельф, но вполне достаточные, чтобы обеспечить помещение теплом.
Тут даже играла музыка. Седой шарманщик крутил в углу ручку своего музыкального ящика, извлекая из него мотив старой австрийской песенки «Ах, мой милый Августин». И его слушали с десяток посетителей, расположившихся поодиночке и небольшими компаниями по два-три человека за дубовыми столами, усевшись на длинные дубовые скамьи. Судя по всему, проезжие торговцы решили перекусить. И служанки, деревенские девушки в белых передниках, надетых поверх невзрачных шерстяных кофт и длинных юбок, топая деревянными башмаками, разносили им еду из кухни, находящейся позади прилавка, за которым стоял усатый и лысоватый дядька лет пятидесяти и пялился на вошедших крупными черными глазами.
Вероятно, то был хозяин заведения. И, разумеется, он сразу обратил внимание на синие шинели вошедших. Но, не удивился, а произнес на ломаном французском:
— Чего изволите, господа?
Уже одно это свидетельствовало о том, что французы в харчевню заглядывают и не являются здесь диковинкой.
— Я и мои люди устали с дороги и не прочь подкрепиться, — сказал Дорохов усатому по-французски.
Усатый жестом указал на длинный стол возле окна и тут же крикнул куда-то в сторону кухни:
— Тереза!
Пока ждали эту служанку, которая, видимо, должна была принести еду, Дорохов приказал парням садиться. Подобрав сабли, висящие у каждого из них в ножнах на левом боку и со стуком задевающие столы и лавки, русские разведчики, одетые как французы, уселись за стол. Пока усаживались, подошла и служанка, стройная сероглазая девушка с черными волосами и с довольно объемной грудью. Дорохов к женскому полу всегда был неравнодушен, и подобные девицы ему нравились, как, впрочем, и разные другие, а потому, жадно скользнув глазами по тонкой талии служанки, он сразу сказал ей на французском языке пошлый комплимент: