Древесные ветви сильно разрослись, нависая с обеих сторон над дорогой, которой местные жители пользовались нечасто из-за своих суеверий. Ведь вела она прямо к проклятому чумному монастырю. А там среди руин, как поговаривали моравы, до сих пор в полнолуние плясали в ночи призраки монахов. Предание гласило, что когда-то все они умерли там от страшной болезни, настигшей их прямо в стенах обители, словно кара небесная за слишком тяжкие грехи. И с тех пор их неуспокоенные души, якобы, водили хороводы, заставляя неосторожных путников сходить с ума, забираясь на высокие стены и башни, чтобы упасть с них и разбиться насмерть. Но, французы, уже пережившие все ужасы революции и череду войн, не верили подобным басням, направляясь на соединение с основной частью своего полка.
Следом за авангардом, насчитывавшим до четверти гусарского эскадрона, на достаточно большом расстоянии позади авангарда, двигались колонной по два кавалеристы основного состава. А уже за ними катились тележные фургоны, крытые парусиной, в которых везли провиант, палатки, запасной порох и пули, а также бочонки с уксусом, необходимым для охлаждения пушек. Уксус, в отличие от воды, испарялся с горячих стволов почти мгновенно. И любой артиллерист знал, что если охлаждать и чистить стволы орудий, применяя воду, то внутри пушка сделается влажной, а порох, конечно же, нельзя намочить. А еще артиллеристы считали, что применение уксуса снижает риск разрыва орудий. К тому же, уксусная кислота хорошо очищала пороховой нагар после выстрелов.
Сама конная артиллерия, приданная полку, ехала за телегами обоза. Полковая батарея состояла из шести старых четырехфунтовых пушек, произведенных во Франции еще во времена монархии. Трофейные шестифунтовки, захваченные французами во время битвы при Аустерлице, этой батарее почему-то не достались. Впрочем, перемещать 4-фунтовые пушки по плохой заснеженной дороге было полегче, поскольку весили они, разумеется, меньше 6-фунтовых. Тем не менее, каждое из орудий везли 4 лошади, запряженные попарно. А на деревянных лафетах каждой из пушек, укрепленных металлическими полосами, громоздились еще и зарядные ящики. Помимо зарядов, сложенных в них и предназначенных для быстрого открытия огня и первых залпов по неприятелю, за орудиями ехали телеги с дополнительным боезапасом.
Правили артиллерийским обозом сами же артиллеристы. Одетые в мундиры синего цвета с красными обшлагами и с черными киверами на головах, конные канониры держали себя не менее гордо, чем гусары, понимая свое привилегированное положение «богов войны», которые легко могут, быстро развернув свою батарею, нанести неприятельской пехоте и кавалерии чудовищные потери. Они считали себя самым главным родом войск, поскольку даже сам Наполеон получил военное образование артиллериста. И они не ведали страха, даже когда приходилось противостоять вражеской артиллерии больших калибров, будучи обученными дерзко маневрировать, используя особенности местности, и вести огонь с большей скорострельностью, чем противник. То была самая настоящая мобильная артиллерия, предназначенная для быстрого перемещения и концентрации огня на нужном участке сражения. Уверенные в себе, французские артиллеристы в тот день даже не подозревали, что возле самого монастыря их поджидает смертельная ловушка.