Юн шёл за Линь к служебному коридору и вдруг остановился.
В двадцати шагах, у крайней кассы, стояла девушка в джинсовой куртке. Русые волосы были собраны в хвост, на плече висел тёмный рюкзак, и она переминалась с ноги на ногу, как люди, которым долго ждать.
Он пошёл к ней, не слыша, что говорит ему Линь. Люди расступались. Сердце билось у него в горле, и он даже не придумал, что скажет.
— Алиса!
Девушка обернулась.
Круглое лицо, светлые глаза, испуганно поднятые брови. Она была совсем другая: моложе, щеки полнее, с другим носом. В руке она держала стакан с чаем и прижала его к груди, как щит.
Юн стоял и смотрел на неё. Губы у него шевелились, а звука не было.
— Sorry, — сказала девушка по-английски. — I don't... I don't know you.
— Простите, — выдавил он. — Ошибся.
Он повернулся и пошёл назад, чувствуя, как горит лицо и как на него смотрят: охранник у рамки, женщина с ребёнком на коленях, двое парней с рюкзаками. Линь взяла его под руку и повела к служебной двери, и он шёл, как слепой, глядя под ноги.
У служебной двери их ждал начальник службы безопасности — пожилой суровый человек с глубокой сединой на висках и усталыми глазами. Он без лишних слов провёл их через турникеты в тесную комнату без окон, до отказа забитую мерцающими мониторами. Здесь было душно от табака и остывшего кофе. На центральном экране уже стоял стоп-кадр: касса, длинная очередь, хрупкая девушка в джинсовой куртке с рюкзаком.
— Смотрите сюда, — сказал начальник и нажал Play. — Запись от третьего числа, три недели назад.
Изображение было зернистым, снятым сверху и сбоку. Но русые волосы, туго собранные в хвост, и выцветшая куртка были те же. Рюкзак тоже: Юн узнал тёмную заплатку на боковом кармане.
Юн придвинулся к экрану так близко, что на стекле осталось пятно от дыхания.
— Увеличьте лицо.
Техник послушно закрутил настройки. Картинка стала крупнее и сразу поплыла пикселями. На записи девушка протягивала кассиру смятые наличные; женщина в окошке кивала и что-то коротко отвечала. Потом девушка на секунду обернулась через плечо, будто её окликнули из глубины очереди.
У Юна оборвалось внутри. Он даже положил ладонь на стойку, чтобы удержаться.
Это была не Алиса.
Другой разрез глаз, чужая форма скул, иная линия подбородка. Похожая со спины — тоже волосы собраны в низкий хвост, та же куртка, тот же рюкзак, — но чужая. Обычная русская туристка, одна из тысяч, что ездят по провинциям Китая.
Начальник безопасности деликатно кашлянул:
— Мы можем пробить её по проданным билетам. Это займёт сутки. Если она ехала дальше, мы узнаем, куда.